— Нельзя так чувствовать себя в Малибу. Это противозаконно, — сказала мягко Пэт.

Эмма вздрогнула, словно высвобождаясь из объятий ночного кошмара.

— Что? Ах да, Англия. Я села на своего любимого конька. Для меня это не самый удачный предмет для разговора, — судорожно произнесла она.

— Ну, о своих родителях я говорю еще хуже, — произнесла Пэт в знак солидарности с Эммой.

— Что, плохие?

— Самые плохие, каких только можно представить. — Пэт даже закусила губу от горечи нахлынувших воспоминаний.

Но Эмма Гиннес вовсе не намеревалась выслушивать ее рассказ. История жизни других людей ее вовсе не занимала. И в этом отношении она была истинной англичанкой.

— У меня, наверное, тоже были родители. Я никогда ими особенно не интересовалась, — произнесла она.

Эмма поднялась.

— Пошли, я проголодалась, и надо переодеться к ланчу. Мы довольно сильно задержались. Пойдем быстрее, а то они там заговорят друг друга до смерти.

Пэт тоже поднялась. Новая работа. Члены палаты общин, горный клуб, Алабама, эксцентричный миллиардер, ее новый босс, который любит кататься на серфинге и мечтает стать женой Латхама. От всего этого голова шла кругом. Ясно было лишь одно — наступило время ланча.

— Попробуйте немного сальсы. Это очень острая штучка.

— Угу, — только и пробормотал Алабама, выливая в черепаховый суп соус.

— Если вы хотите прикончить меня, то почему обязательно за едой?

— О, я абсолютно уверена, что вы всегда и везде и без труда найдете способ достойно отразить любое нападение, — мягко произнесла Эмма, наливая себе белого вина «Нэпа Вэлли».

Латхам позволил себе небольшой смешок. Его деловая часть беседы с Алабамом превзошла самые смелые ожидания.

На Алабаму произвели впечатление его планы построить дом, который он на самом деле и не собирался строить. Он даже нанял архитектора Ричарда Мартина, чтобы вписать этот дом в окружающий ландшафт. Они подробно обсудили с Алабамой все детали того, как удобнее всего разметить дом в горной местности, как спрятать все коммуникации и при этом сделать постройку почти невидимой.

— Ладно, посмотрим, как пойдут дела. Надеюсь, что нам заморский законодатель мод не будет повторять старых ошибок… и не наломает дров в кадровом вопросе…

Атмосфера за столом потихоньку накалялась. Алабама сидел с воинственным видом. Пэт заметила, как покраснела Эмма. Она жила в неспокойном мире, и ее близость с боссом в небе Америки, похоже, пока не принесла ей никаких дивидендов. Сейчас шел деловой разговор, а в этом Дик Латхам юмора не терпел.

— Надеюсь, что я потом не пожалею о том, что я сейчас скажу, — неожиданно громко и решительно произнесла Пэт. — Дело в том, что я решила принять предложение Эммы и согласилась работать в ее журнале.

— Что ты сказала? — Алабама выстрелил в нее вопросом.

— Только то, что Эмма предложила мне работу в журнале «Нью селебрити». Я заключаю очень выгодный для меня контракт. По нему я обязана сделать две работы в год по своему выбору. Разве это не замечательно? Ведь это означает, что я смогу оставаться здесь, в Малибу, и в то же время смогу заняться любимым делом.

— Скажи на милость, зачем тебе потребовалось искать работу? — наконец пришел в себя Алабама. Он был полностью потрясен.

Пэт смогла это предвидеть и сейчас не испугалась его реакции. Она знала, что нечто подобное должно произойти.