— Позволь мне дополнить, — прервал друга Куим. — Знаешь, Малой, у подобных хранилищ бывают самые различные функции, но есть у них одна общая черта. Они вскрываются ни кодом, ни ключом, а только направленной пси-волей одарённого. Среди нас присутствует единственный одарённый, и это ты. Так что пошли в комнату занятий. Там с нашими подсказками ты будешь выполнять работу псиона. Тебе придётся преобразовывать свою пси-энергию в некий абстрактный ключ, которым открывается данный артефакт. Пошли, друзья мои.

Агал пошёл за пеналом, мы же с Куимом направились в комнату занятий. Спустя три-четыре минуты Агал принёс фиолетовое чудо.

— Малой, сядь на пол или на диван. Теперь сделай, как мы тебя учили. Закрой глаза и начинай «слушать» эту находку. Пробуй общаться с ней, говори, спорь с ней. Нужен первоначальный ключ-отклик, мысленно держи её в своих руках и проси её открыться. Но не приказывай ей, а именно проси. Если не получится сразу, ничего страшного, пробуй ещё.

Куим жестом попросил своего товарища выйти с ним из комнаты.

Я уселся на пол, принял позу для медитаций, вздохнул и выдохнул несколько раз и закрыл глаза…

— Малой мгновенно впал в транс, ты сам это видел. И сидит уже четыре часа без движения. Мне порой кажется, что он не дышит. Что нам делать, мой друг? — нервничал Куим.

— Ждать! — немного резко ответил Агал, — Ждать и верить. Я почти уверен, что наш маленький друг каким-то образом «общается» с артефактом. Нельзя их прерывать. Что нам ещё остается, будем ждать и верить в Малого.

* * *

Вокруг меня была пустота. Я прислушивался к ней, пытался общаться, но пустота меня игнорировала. Я мысленно поднял артефакт и прижал его к своей груди. Пустоте стало интересно, она пока молчала, но уже обратила на меня внимание. Я погладил пустоту, ей стало щекотно, и она хихикнула. От неё ко мне пошли волны тепла, но она всё ещё молчала. Я стал рассказывать ей о себе, об одиночестве, о моих стариках. Она внимательно слушала меня и ни разу не прервала мой рассказ. В какой-то момент я спросил у пустоты: — Ты не устала быть одна? Хочешь стать моим другом?

— Да, — ответила пустота.

Я открыл глаза. Неужели я уснул и это был просто сон? Какой позор! Я поднялся на ноги и посмотрел на стариков. Они стояли в паре метров от меня держа в руках открытый фиолетовый пенал.

Глава 16. Все выжили

Я усиленно тёр глаза. Было плохо видно после этого полусна-полутранса. Через некоторое время зрение начало приходить в норму. Мои дедушки стояли рядом и держали в руках открытый фиолетовый пенал. Значит мне не померещилось. Никак не могу разобраться в своих ощущениях! Это как после сна. Кажется, что-то помнишь, а что именно происходило во сне рассказать не можешь. Так и я не знал, что со мной было. Вроде с кем-то или с чем-то общался, рассказывал о себе. Единственное, что я накрепко запомнил, это слово Друг. Это совсем не походило на ту медитацию, о которой мне рассказывали старики. Ладно, потом у них спрошу, что со мной случилось.

Деды смотрели на меня очень пристально.

— Что вы так смотрите на меня и молчите? — спросил я с тревогой. — Я всё делал в точности, как выговорили. Неужели я всё испортил? Ответьте мне, не молчите.

— Ты всё сделал правильно, Малой.