– Сколько здесь комнат? – полюбопытствовала я, шагая по коридорам.

– Четыре, – уточнила Нина, – почти все, что зарабатываю, трачу на содержание апартаментов.

– Да уж, нынче обладание такими хоромами недешево стоит, – поддержал разговор Макс.

– Жилье досталось от бабушки, – объяснила Нина. – Садитесь, пожалуйста. Кофе?

– Лучше нам чайку, – решил Вульф, – покрепче.

Хозяйка начала ходить по кухонной зоне. Она долго хлопотала по хозяйству, но в конце концов ей пришлось разлить заварку по чашкам и сесть. Возникла пауза.

– Какой голос вами командовал? – вернулся к интересной теме Макс.

Нина вздрогнула.

– Он звонил на мобильный и… – Остапова заплакала и продолжила: – … знает мою самую страшную тайну.

Макс посмотрел на свои наручные часы.

– Вас шантажировали?

– Да, – еле слышно подтвердила Нина. – Не верите?

– Разное в жизни случается, – заметил Вульф, – желание заработать на чужих секретах распространено.

– Мужчина звонил или женщина? – уточнила я.

– Не поняла, – пролепетала Нина, – такой тембр… для парня высокий, для бабы низкий. И звучал странно, словно он в бочке сидел.

– И что хотел человек? – продолжил Макс.

– Он велел рассказать Евлампии правду, – прошептала Нина и залилась слезами.

– Какую? – не утихал Вульф.

– Про то, как в салоне убивают людей, – еле слышно пролепетала хозяйка роскошной квартиры. – Мне это совсем не понравилось, но пришлось выполнять.

– Почему? – изумилась я. – Могли отказаться.

Нина опустила голову.

– Нет! Пришлось все выполнить.

– По какой причине? – поинтересовался Вульф. – Чем вас голос напугал?

– Не спрашивайте, не скажу, – вспыхнула Остапова, – только одно сообщу: если моя тайна вылезет наружу, я лишусь работы! Сразу!

Мы с Максом переглянулись.

– Ясно, – вздохнул Вульф.

– Да нет, – заплакала собеседница, – ничего вам не понятно. Сижу, как мышь в норе, а около нее караулит жирная, злая, омерзительная кошка! Только и ждет, чтобы сожрать меня! Но сначала ей хочется вдоволь позабавиться, растреплет во всеуслышание о моей тайне.

– Полагаете, шантажист – женщина? – встрепенулся Макс.

– Не знаю, но думаю, да, – выдохнула Нина. – Она… она… Нет, не могу говорить! Евлампия, простите меня. Вы милая, мне очень неприятно, что пришлось солгать, придумать, что сведения – от Валерии. Мы с ней хорошо общались, я знала, что Лера собирается уезжать. Она мне день и номер рейса сообщила. Очень удобно получилось, не хотела сообщать все сама. Типа ничего не знаю, просто разболтала, что от Леры услышала! Но выхода не было.

Я улыбнулась.

– Ну, вы еще положили на мои ногти базу с ядом!

Нина заныла:

– Стала обрабатывать пальчики, в кабинет вошла другая сотрудница, начала болтать, отвлекла.