— Своим законником? — приподняв брови, уточнил Митчел.

— Вы его видели, он… — начала я, но потом до меня дошло.

Второй раз за день! Серьезно?!

— Он просто снимает у нас комнату, — зачем-то начала оправдываться. — Считайте, как Цветочек. Ну и имечко, кстати… Откуда оно?

— А ты еще не поняла? — Митчел вдруг хрипло рассмеялся.

Я оскорбленно фыркнула. Достав пятнадцать серебряных из кошелька, положила их на стол. Стоит поднажать к следующей неделе, чтобы выплачивать больше. Деньги таяли так же быстро, как и появлялись.

— Мне пора, — сообщила я, решив закончить этот бессмысленный разговор, который подводил меня к очередной черте, через которую я переступать совершенно не хотела.

— Я тебя провожу. — Волдер Митчел поднялся на ноги.

— Еще не настолько поздно, — решительно отозвалась я.

Да, на улице стремительно темнело, но не так, чтобы возвращаться домой в обществе графа.

— Не настолько поздно для ночной швали, но самое время для инквизиторов, жаждущих мести, не находишь? — смерив меня внимательным и серьезным взглядом, поинтересовался лорд Митчел.

Мести? Даже после того, как мужчина сообщил им о своей протекции над нами?

Подходящих слов в ответ я не нашла. К тому же терялась в догадках, как вообще воспринимать все происходящее. Особенно когда Волдер подхватил опущенную на пол корзину и котомки с купленными вещами.

А уже в холле нас встретили его оставшиеся прихвостни.

— Мы к Цветочку? — радостно поинтересовался долговязый, нисколечко меня не смутившись. — Мы только по-быстрому зайдем на кухню, Остин подал плюшки!..

— Я иду один, — сухо отрезал Волдер.

Эти двое спорить не стали, лишь расстроенно переглянулись и растворились за одной из дверей коридора. С каждым моим визитом они все меньше походили на бандитов. Человек и правда может ко всему привыкнуть.

Мы с Митчелом вышли в едва ощутимую вечернюю прохладу. Но чувство неловкости меня не отпустило.

— А вы когда-нибудь пробовали «Белые облака»? — хотелось как-то разбавить гнетущее молчание.

К тому же я специально обратилась на «вы», чтобы вновь выстроить потерянные границы.

А вот десерт на самом деле не давал покоя. Если речь действительно идет о безе, то готовить его легче легкого. Наверняка не только Сэм хотел бы выкупить рецепт… Но вот продавать его всем без разбору — тут же обрушить рынок. А значит, надо выбрать кого-то одного. Того, кто больше заплатит.

— Доводилось, — ответил Митчел. — Я не особо люблю сладкое, но «Облака» весьма неплохи.

— А как они выглядят? — тут же поинтересовалась я.

— Выглядят? — Митчел ненадолго задумался. — Белое, ломкое и хрустящее.

У-у-у! А другие эпитеты никому из них не завезли?

— Я не особо удовлетворил твое любопытство? — во вновь образовавшейся тишине поинтересовался Волдер. В его голосе промелькнула насмешка, а выставленные мной границы тут же легко сломались под напором очередного «ты».

Ладно! Меняем тактику!

— Почему вы за нас вступились? — перевела я тему.

— Яра, мы перешли на «ты», — напомнил Волдер, будто прочитав мои мысли.

Даже в свете вечерних фонарей было видно, что на этот вопрос он отвечать не хотел: поджал губы, нахмурился, отвел взгляд.

— И все же? — я настояла на ответе.

— Мне не нравятся их методы, — сдержанно ответил он.