Маг рассмеялся, а Летрад сказал:

— Этот дурачок думал, что мы не знаем, где он привязался.

Михаил бросил бутылку в рыцаря, но его размаха хватило на то, чтобы она пролетела около двадцати сантиметров и упала, взорвавшись почти под ногами у Мангуста. Он всё же чуть не отправил себя на респаун, получив от взрыва значительный урон. Представители администрации Золотого Мира не удержались от смеха, особенно громко и неприятно смеялся Летард.

— Если честно, я бы давно уже отправил тебя на респаун, там тебя ждут, — сказал Теобальд отсмеявшись. — Но очень уж мне хочется, чтобы ты насладился прекрасным зрелищем разрушенного и сожжённого дотла замка. Это очень красиво, и это мой тебе подарок. Можешь не благодарить.

— А это мой подарок! — сказал Летард, подошёл к Михаилу, вонзил ему в плечо меч и провернул.

Боль была дикая, но Мангуст сдержался и не проронил ни звука.

— Помнишь, я обещал тебе, что твоя башка будет валяться в траве? — спросил рыцарь и провёл лезвием клинка по шее Михаила, нанеся довольно глубокую рану.

Кровь потекла по шее, а Летард потряс мечом перед лицом Мангуста и прорычал:

— Если бы у нас не было приказа доставить тебя живым, я бы уже давно отрубил тебе голову и сейчас уже вовсю играл ей в футбол!

Михаилу захотелось хотя бы просто плюнуть в эту самодовольную неприятную морду, но он сдержался. Его обездвижили не полностью, со скоростью черепахи он ещё мог двигаться, видимо, зелье в бутылочке помогло немного ослабить действие дебафа. И Мангуст решил это не афишировать на всякий случай.

— А может, всё же в таверну его? — спросил Летард Теобальда.

— Я представляю, как тебе хочется отрубить ему голову, но нет. Пусть наслаждается зрелищем. Он этого хотел, он этого добился.

— Тогда его надо развернуть, — сказал Летард, взял Мангуста за плечи и повернул лицом к горящему замку.

Михаил стоял как истукан и смотрел на замок, точнее, на его остатки. Здание было разрушено процентов на восемьдесят. Всё вокруг было объято пламенем — маги противника старались вовсю. А оказать им сопротивление было уже и некому. Прямо на глазах маркиза Мангуста рухнула ещё одна башня. В чём-то Теобальд был прав — это было действительно завораживающее зрелище. Только вот смотреть на это всё было больно.

Когда рухнула последняя башня, на всей территории бывшего замка раздались радостные возгласы победителей, и Михаил приготовился увидеть перед глазами сообщение о проигранном квесте. Но время шло, а сообщения не было, возможно, что-то ещё не до конца догорело, и формально замок не считался разрушенным.

А ещё Михаил заметил, что поменялось что-то в доносившемся шуме, радостные возгласы превратились в какие-то тревожные крики. А у Летарда с Теобальдом вытянулись лица, и они уставились куда-то за спину Мангусту.

— Это что такое? — ошарашенно произнёс рыцарь.

— А ты не видишь? — спросил маг.

— Вижу. Но как такое, вообще, может быть?

Михаилу безумно хотелось развернуться и посмотреть, что же так поразило его врагов, потому что вид у них стал не просто удивлённый, а какой-то растерянный. Шум и крики со стороны замка усилились, Михаил заметил, как все, кто был в поле его зрения, засуетились и забегали.

А затем до Мангуста донёсся жуткий и невероятно громкий рёв, от которого по коже пошли мурашки. И буквально через несколько секунд, максимально скосив глаза, Михаил увидел, как по дуге, словно массивный ревущий бомбардировщик, замок облетает дракон. Сделав полукруг, дракон взмыл высоко в небо, а потом резко направился назад, прямо на замок. Он летел, изрыгая пламя и рёв, вызывая животный страх у всех, кто находился внутри замковых стен — и у защитников, и у захватчиков.