День выдался солнечный, впрочем, как и большинство летних дней в Аргентине. Тереза Салинос после долгих уговоров вытащила Хуанхо на прогулку, чтобы прокататься по городу, проветриться, а заодно и посмотреть клинику.

— Это здесь, — указала глазами Тереза на красивый особняк и припарковала автомобиль у обочины.

Ее возлюбленный подозрительно посмотрел на клинику.

— Хуанхо, — радостно воскликнула женщина, — посмотри, какое замечательное здесь место!

— Да, — процедил сквозь зубы тот.

— А сад! — восхищалась Тереза. — А палату, дорогой, ты даже вообразить себе не можешь!

Хуанхо ехидно заметил:

— А на окнах решетки.

— Хуанхо, сокровище мое, — стрекотала Тереза, — это прекрасное место! С тобой будут обращаться, как с принцем. Еда — первый сорт, врачи первоклассные.

Она вышла из машины и вытащила за собой парня.

— Тебя угощали там обедом? — с подозрением посмотрел на нее Хуанхо, раздумывая над своим положением.

— Нет, я слышала об этом.

— А-а…

— И потом, доктор Гоньи показал мне клинику. Пациенты здесь — люди из избранного общества.

Хуанхо зло усмехнулся.

— При таких ценах — я не сомневаюсь.

Непринужденно болтая, Тереза заманивала Хуанхо в глубь сада по направлению к клинике.

— Зайдем?

— Сейчас?

— Да! Мы только осмотрим клинику и все!

Хуанхо был в нерешительности.

— Я только представлю тебя доктору Гоньи, вот и все, — уговаривала Тереза.

— Что-то не очень…

— Ну что ты, Хуанхо, быстро думай и решайся!

Тереза взяла любовника за руку.

— Пошли! Я не могу поверить, что ты боишься.

Тот не двинулся с места.

— Идем-идем, взбодрись! — тащила Тереза упрямца.

Парень выдернул свою руку.

— Ты сама не знаешь, что говоришь! — рассердился он. — Не доверяю я таким местам!

— Хуанхо!

— Как только расслаблюсь, так меня и окрутят, — погрозил он пальцем то ли женщине, то ли клинике. — Скажут, что ведут показывать палаты, а сами будут выжидать, как бы захватить меня, Хуанхо, врасплох.

— Ну что ты!

— Знак незаметно подадут, — не сдавался парень, — и санитары наденут на меня смирительную рубашку.

Тереза не знала, что и возразить.

— Ну ты и фантазер! — промолвила она наконец. — Какая смирительная рубашка?!

— Обыкновенная!

— Это в сумасшедшем доме, но не здесь.

— Эге, — недоверчиво промычал Хуанхо.

Тереза нежно взяла его за руку.

— Ну пойдем, — улыбнулась она, — если тебе не понравится, ты не останешься, я обещаю.

Подумав минуту-другую, парень согласился.

— Ладно, только закрою машину.

Он медленно и чинно направился к автомобилю. Радости Терезы не было предела.

— Ой, Хуанхо, милый, — просияла она, — ты пойдешь! Мое сокровище, я тебя уговорила?..

Однако поток ее слов внезапно прервался. Вместо того, чтобы закрыть машину, ее сокровище село за руль, включило зажигание.

— Хуанхо! — вырвалось наконец у обманутой женщины.

Вместо ответа Хуанхо послал Терезе воздушный поцелуй и, нажав на газ, скрылся из виду.

Бернарда целое утро носилась по душному городу, пытаясь хоть как-то уладить дела дочери и, если удастся, решить возникшие проблемы.