— Подожди, Бернарда, потерпи немного, мне сейчас не до поцелуев, — отстранил ее опять Коррадо, только на этот раз более решительно. — Успокойся и расскажи по порядку, что случилось? — Его рука случайно сорвала блузку с ее плеча — такого округлого, загорелого, с нежной бархатной кожей. Коррадо даже не заметил, как его рука начала машинально ласкать это обнаженное плечо. — Тебе нужны мои ласки, мои поцелуи? — спросил он ее, внезапно утвердившись в мысли, что все дело именно в этом.

Но Бернарда молча взяла его руку в свою, склонилась над ней и поцеловала. Потом прижала его ладонь к своей груди, молодой, упругой, нежной, и провела его рукой по своему телу вниз, к животу, где сейчас уже жило маленькое существо, плод их запретной любви, которое появится на свет через полгода или раньше. И это будет их ребенок, ее и Коррадо. Она была счастлива. Она очень любила стоящего перед ней молодого мужчину.

Коррадо проводил взглядом свою руку, которую Бернарда прижимала к телу, рука остановилась на животе, и Коррадо вдруг все понял. Он заметил, что живот гораздо больше выдается вперед, чем еще несколько месяцев тому назад, во времена их первых встреч. Он вырвал руку и, как ужаленный, отскочил к мраморной стене. Потом обхватил свою голову, словно увидел или услышал нечто страшное. Он даже застонал от отчаяния.

Бернарда поняла, как Коррадо отнесся к ее беременности. Она горько заплакала. А он стоял рядом и время от времени стучал кулаком по мрамору, словно пытался разрушить стену, закрывавшую ему путь к свободе. Так они стояли у стены, она плакала, он мрачно молчал, подавленный и злой.

— Коррадо, — окликнула она его, — Коррадо! — Слезы заливали ее лицо, и она не могла видеть, как он реагирует на ее зов. В ее голосе слышались боль, отчаяние, страх, любовь, надежда.

— Ты с ума сошла, чего ты кричишь! — прошипел он и зажал ей рот ладонью. — Нас могут услышать! — Он прислушался к звукам, доносившимся из поселка, и что-то его насторожило. — Я слышу, — сказал он в тревоге, — как лают собаки. — Коррадо оттолкнул ее. — Иди, — шепнул он, — я дам тебе знать о себе. Мы скоро увидимся. Я придумаю, как помочь тебе. Иди! — И он сильнее толкнул рыдающую девушку по направлению к поселку. Лай собак приближался. Гримаса страха и злости исказила его лицо. Бернарда не узнавала своего Коррадо, который еще недавно так горячо говорил ей о любви.

Она опустилась перед ним на колени, обхватила его ноги руками и припала лицом к коленям. Он резко поставил ее на ноги.

— Беги! — приказал он. — Ради меня, беги!

Собаки лаяли совсем рядом. Рыдая, она повернулась и пошла в сторону поселка. Коррадо в отчаянии прислонился к стене. Он не знал, что ему делать. Но он отлично понимал, что будут делать братья и отец Бернарды, когда узнают всю правду. В отчаянии он плюнул в ту сторону, куда пошла Бернарда…

Воспоминания доставляли старой Бернарде страдания. Она плакала, не успевая вытирать платком глаза во время своего рассказа. Она так же переживала, как и в тот далекий день. Она бежала вместе со своей юностью после свидания с Коррадо по тропинке среди плодовых деревьев, мимо глухих стен, и ей казалось, что за ней гонятся все злые силы ада.

— Бернарда, очнись! Что с тобой? Тебе плохо? — испугалась за служанку Исабель. — Если тебе трудно, мы сделаем перерыв. Расскажешь потом, завтра.

— Нет-нет, мне хорошо, — успокоила ее Бернарда. — Лучше я продолжу рассказ, потому что в другой раз вряд ли у меня хватит духу вновь погрузиться в эту пучину воспоминаний, — она улыбнулась.

— А что он сделал, когда узнал, что девушка беременна? — сразу же задала вопрос Исабель, которую успокоили слова Бернарды.