— Пусть присылают своих солдат, — злобно произнес Анаму. — Почему все вы так их боитесь? Те Охине прав. Мы должны забыть кровную вражду и объединиться, чтобы бороться вместе. У нас есть свое оружие и оружие, которое пакеа продают нам. Для «охоты», — он громко расхохотался, и несколько вождей присоединились к нему.

— Оружие — вот что уважает белый. Оно для него настоящий бог, а не этот Христос. Оружие и золото. Тот же самый Бог послужит и нам.

— Не должно быть никакой войны, — Те Охине был огорчен. — Ты не знаешь пакеа так как я, Анаму. Я слышал их разговоры о людях, не похожих на нас, которые встречались им в других землях. Каждый раз когда пакеа селились среди них, они вскоре вынуждены были начинать воевать с ними. И всегда белые одерживали победу. Всегда! Потому что те люди больше воевали между собой, чем с пакеа. Вот почему они всегда побеждают. Потому что они лучшие воины.

— Конечно, не потому что он лучший воин, — послышался чей-то голос.

— Его враги воюют между собой, — продолжал Те Охине, — пока не ослабеют настолько, что не могут сопротивляться. Тогда пакеа делает с ним все, что хочет.

— Роды никогда не забудут вражды, — настаивал Те Хараки.

— Должны!

— Не понимаю, — мягко произнес Анаму, — вы спорите по поводу объединения, а не из-за войны?

— Правильно. Это лучший выход, чем война. Если мы установим мир между собой, то станем такими же сильными, как пакеа. Они побеждают потому, что воюют за одного вождя, за короля, — Те Охине оглядел собравшихся. — Мы должны вести дела наравне с ними. Мы должны показать им, что мы такие же сильные, как они. Нам тоже нужен король.

На этот раз озлобленного гула не послышалось. Вожди молча задумались над невероятно важным и неожиданным заявлением Те Охине. Потом, когда к ним вернулся дар речи, помещение наполнилось оживленными голосами. Когда шум стих, Те Ровака опять смог заговорить.

— Король? Среди маори никогда ничего подобного не было.

— Ты никогда не заставишь все племена принять такое новшество, — убежденно сказал Рароаки.

— Нам не нужно заставлять все племена, — заявил Те Охине. — Только большую часть. Пакеа уважают силу и объединение. Если мы сможем объединиться и выбрать короля, это испугает жадных обманщиков. Мы будем иметь дело с губернатором пакеа как единый народ.

— Необычная идея, — глаза Те Хараки сверкали. — Довольно необычная, чтобы сработать! Анаму бормотал себе под нос:

— Мой род враждует с тремя, находящимися в этом помещении. Если бы мы не встретились на мирных переговорах, то бросились бы друг на друга, чтобы разбить противникам голову. Однако в словах Те Охине есть смысл. Все-таки я думаю, — он повысил голос, — мы должны воевать, но лучше если вести бой в одном строю. Я попытаюсь обдумать новшество. Да, я, Анаму, говорю, что попытаюсь обдумать это. Но, — вождь взглянул на Те Охине, — в одном я уверен. Если мирное решение вопроса провалится, и нам придется воевать, могу я быть уверенным, что Те Охине встанет на мою сторону? У тебя много друзей среди пакеа. Ты с ними ведешь дела. Могу я быть уверенным в своем брате? Могу я знать, о ком он больше думает, обо мне или о своих белокожих друзьях?

— Я не белый маори, — с большим достоинством ответил Те Охине.