Галль не показал вида, как ему страшно, когда он влезал внутрь этого железного сундука. Ему и до этого было не по себе, а теперь, когда монстр на толстых колёсах и с двумя фонарями спереди, которые неприятно напоминали глаза, вдруг подал признаки жизни, душа парня ушла в пятки, и ему стоило немалых усилий, чтобы не опозориться пред подружкой. Впрочем, Диана прекрасно понимала его состояние, но старательно прятала ухмылку, не желая обидеть друга, который не был виноват в своей неопытности.

Итак, в путь!

Легко было сказать: «поехали!», да нелегко сделать. Несмотря на всю свою осведомлённость, девушка управлять сложной машиной не умела, и первое, что они сделали, это разнесли в щепки небольшой сарай вместе с пустующей собачьей будкой.

Следующая попытка привела к тому, что машина резко прыгнула вперёд и влево, превратив в месиво палисадник перед полуразрушенным домом, потом снова метнулась вправо, угодила передним колесом в канаву и, перекосившись на один бок, заглохла.

Остаток дня ушёл на то, чтобы с помощью премудрых тросов подсоединённых к самой машине, вытащить её оттуда и снова поставить на дорогу. Пока они это делали, Галль не проронил ни слова, и даже старался не смотреть в лицо своей подружки. Диана работала, плотно сжав губы, было видно, что она еле сдерживается, но чем это кончится, вспышкой гнева или слезами, было пока неясно. Наконец, машина встала посреди дороги с гордым, неприступным видом, и было в этом что-то издевательское.

Уже всё было готово для следующей попытки, но Диана почему-то медлила. Галль даже подумал, что она решила отложить дальнейшие эксперименты на следующий день, но девушка была настроена отъехать сегодня, и он не решился её уговаривать пойти отдыхать. Наконец, она глубоко вздохнула и полезла в кабину.

— Дай мне попробовать! — Услышал мальчик свой голос и сам не поверил тому, что сказал.

Девушка замерла с одной ногой стоящей на земле, а с другой на широкой подножке повозки. Медленно она повернула к нему голову и от её взгляда душа парня съёжилась и поспешила в убежище, расположенное, как известно, в пятках.

— Но ведь ты же не умеешь! — проговорила она, и как ни странно, в её голосе прозвучало сомнение.

— А ты мне расскажи, — снова сказал кто-то губами парня, который на сей раз удивился, что голос его не дрожит.

Лицо Дианы приняло задумчивое выражение. Это длилось несколько долгих секунд, в течение которых душа мальчика робко выглянула из убежища и, стараясь не наделать шума, стала занимать предназначенное ей место.

— Ладно, — коротко согласилась девушка и сделала пригласительный жест в кабину повозки.

Галль влез на кресло возницы, в котором сразу утонул. Педали и рычаги управления вместе со странным колесом, маячившим перед носом, были далеко, а сквозь стекло в переднем окне он видел только небо. Парень попробовал сдвинуться вперёд, но, даже поместившись на самом краешке сидения, он едва мог дотянуться до педалей пальцами ног, а руками ухватиться за нижнюю часть колеса.

— Подожди! — сказала девушка и заставила его сесть обратно в глубину кресла.

Она принялась что-то искать и подкручивать под этим креслом, сидя справа от него, потом выбежала на улицу и продолжила свои поиски, стоя перед открытой дверцей повозки. Вдруг кресло приподнялось и одновременно придвинулось поближе к панели с приборами, так, что Галль смог свободно поставить ступни на педали и поудобнее ухватиться за колесо, почти упёршееся в живот. А ещё он увидел сквозь лобовое стекло улицу с разрушенными, обугленными домами и дорогу, ведущую к городским воротам. Странно, но почему-то Диана не догадалась отрегулировать сиденье водителя для себя, хотя они с парнем были примерно одного роста и комплекции.