— Куда?

— В рюкзак. У меня там экран от сканирования.

Кира малость поколебалась, однако всё же согласилась расстаться с оружием, хотя Глеб и потратил пару минут на убеждение ее в том, что пальба по контролерам — не лучший аргумент в пользу допуска человека в подземную транспортную сеть. Впрочем, на месте выяснилось, что по этому вопросу биотехник беспокоился зря.

Едва Глеб представился системе, та распахнула перед ними дверь. Сразу за ней был широкий проход и сбоку, за бортиком, сидел на лавке контролер. Когда Глеб с Кирой вошли, он даже не поднял головы. Что, впрочем, и не удивительно. Его голова валялась на полу так далеко от тела, что он при всём желании не смог бы до нее дотянуться.

— Глеб, — тихо позвала Кира. — Верни-ка пистолет. Думаю, этот парень возражать уже не будет.

Биотехник медленно кивнул, одновременно переваривая увиденное.

— Держи. Только не пали куда попало. Мне же потом ремонтировать придется.

Кира кивнула, одновременно обшаривая проход взглядом. Укрыться тут было негде. Местный коммуникатор — это уже начало входить в привычку — был уничтожен. Не расстрелян, правда, но вырван и растоптан. Возможно, именно про такие пакости и говорил северянин. Глеб склонился над телом.

— Труп свежий, — сообщил он. — Хотя по-другому бы его уже сменщик бы обнаружил.

— Если только этот сменщик не лежит где-нибудь так же без головы, — проворчала Кира. — А там, за поворотом, что?

— Платформа, — сказал Глеб.

Кира пообещала проверить. Сразу за поворотом действительно начиналась платформа. Она была залита мягким неярким светом. На платформе никого не было, и опять же, никаких укрытий не наблюдалось. Из тоннеля доносилось едва слышное пыхтение.

— Что там? — шепотом спросила Кира.

— По звуку и по времени должен быть поезд, — ответил Глеб, тоже заглядывая в тоннель.

Пыхтение стало заметно громче. Кира, заглянув под платформу, доложила, что там ворочается огромный червяк. Ну, или что-то похожее на него.

— Это оборудование, — сказал Глеб.

— Похоже, твоя знакомая крыса спровадила нас в засаду, — проворчал Герман.

— Засады я пока не вижу, — заступился Глеб за предводительницу никтов. — Да и как бы она успела сорганизоваться, если сама не знала, что мы с ними вообще встретимся?

— Говорят, что у необученных псиоников сильно развита интуиция, — прорычал Герман.

Глеб отрицательно помотал головой:

— Нет. Это миф, за который цепляются необученные псионики. Да, вспышки интуиции бывают, ну так они у всех бывают, а если бы это постоянно работало, уж наверное включили бы во все эволюции. Интуиция тем же солдатам совсем не помешала бы.

Герман в ответ лишь фыркнул. Пыхтение звучало уже совсем рядом, а в тоннеле показалась какая-то темная масса. Кира прижалась к стене и подняла пистолет.

— Спокойно, сейчас поедем, — сказал Глеб, хотя сам этого спокойствия не испытывал, и выдохнул только тогда, когда из тоннеля показался привычный топтун.

Это была модификация, выведенная специально для подземной дороги. Короткие толстые ножки компенсировались их количеством. Четыре глаза — каждое размером с блюдце — на свету сразу начали щуриться. Более длинное, чем у собратьев на поверхности, тело было покрыто короткой черной шерстью. Топтун тянул за собой вагоны: два крытых для пассажиров и две открытых платформы для грузов. Пассажирские вагоны пустовали, а ко второй платформе был прикован цепями такой здоровенный ящик, что едва пролезал вместе с платформой в тоннель.