— Сейчас, ваше высочество, вы… — Броун откашлялся и нахмурился. — Вы оказываете плохую услугу и мне, и себе. Безусловно, все, что вы сказали, — истинная правда. Однако, хотя под подозрением находятся практически все, не стоит оскорблять людей без причины. Прикажете запереть в тюрьму каждого, кто мог выиграть от смерти принца-регента? Таков ваш приказ?

Он обвел взглядом комнату. Наступила полная тишина. Придворные были напуганы, словно застигнутые грозой на лугу гуси.

Бриони вдруг захотелось призвать к ответу этих праздных, разодетых и разукрашенных людей. Но она понимала, что в ней говорят гнев и отчаяние. Один или два из них могут быть замешаны в заговоре, но остальные невиновны, и нельзя поступать с ними жестоко. Вельможи-землевладельцы не отличаются ни терпением, ни покорностью, а без поддержки аристократии Эддонам не продержаться.

«Мы уже потеряли отца и Кендрика, — сказала себе Бриони. — Я не могу позволить себе потерять еще и трон».

— Конечно же, я не хочу этого, — произнесла она, тщательно взвешивая слова. — Жестокие времена рождают жестокие шутки, лорд Броун, и я вас прощаю, но прошу впредь не поучать меня. Мне, возможно, не хватает опыта, но сейчас, в отсутствие отца и брата Баррика, именно я возглавляю Южный Предел.

Что-то промелькнуло во взгляде Броуна, но он лишь склонил голову:

— Я полон раскаяния, ваше высочество.

Бриони почувствовала, что силы покидают ее. Нужно выспаться; в последние несколько ночей принцесса отдыхала лишь урывками. Еще ей необходимо повидать Баррика. О, если бы старший брат был жив!… Не менее сильно она желала, чтобы вернулся отец — только он мог обнять и защитить ее. Бриони глубоко вздохнула. Не имеет никакого значения, чего ей хочется. В ближайшее время отдыха не предвидится.

— Мы все жестоко раскаиваемся, лорд Броун, — ответила коменданту принцесса. — Боги наказали нас всех.

Баррик проснулся, вздрагивая и плача. Он не сознавал, где находится и кто он такой.

Полный мужчина с угрюмым, но добрым лицом склонился над ним. Сначала принцу опять померещилось искаженное ненавистью знакомое лицо с пылающей бородой. Он завопил и попытался ударить врача. Но от слабости его рука лишь слегка шевельнулась, а крик прозвучал как приглушенный стон.

— Отдыхайте, — сказал человек.

«Чавен, — вспомнил Баррик. — Его звали Чавен». — У вас жар, но за вами ухаживают. «Жар? — подумал принц. — Это не жар». Весь замок горит, на них напали. Зло просачивается в замок сквозь щели.

«Бриони!» Он вдруг вспомнил о сестре и как будто снова родился: с ее именем вернулось и его собственное. Бриони обязательно должна узнать, ей нужно все рассказать. Он сделал усилие и произнес:

— Бриони…

— С ней все в порядке, ваше высочество. Выпейте это. По горлу разлилась восхитительная прохлада, но он забыл, как нужно глотать. Потом, перестав отплевываться и кашлять, он выпил еще немного.

— А теперь спите, ваше высочество. — Прохладная рука Чавена коснулась его лба.

Баррик попытался стряхнуть с себя руку. Ну как же они не понимают? Он почувствовал, что темнота снова засасывает его. Он должен рассказать им про призрачных людей, что наполняют замок, про пожары. Они прятались здесь много лет, а теперь вышли во всей своей силе. Возможно, враги уже совсем рядом, в нескольких шагах отсюда! А еще нужно рассказать Бриони про отца.