- И я тоже. Но не будем отвлекаться. Вы задали не один, а несколько вопросов, каждый из которых должен иметь ответ. Если не возражаете?

- Да, разумеется! Турецкого начала забавлять некая церемонность этой странной, мягко говоря, беседы посреди ночи и посреди ночной Москвы.

- Итак, вас интересует причина позднего или слишком раннего, как пожелаете, звонка. Причина вы сами. Если бы вы ознакомились с предоставленными вам материалами днем, чего быть, естественно, не могло, я бы побеспокоил вас раньше. Но вы закончили работу менее часа назад. Впечатления свежие, версии, до коих вы великий мастер, не отработаны. Значит, у нас есть возможность обменяться мнениями, подумать о дальнейшем, может быть, даже чем черт не шутит? предостеречься от необдуманных шагов.

- Вы хорошо информированы.

- Да. Второй ваш вопрос: почему в машину а не в кабинет? Знаете, Александр Борисович, тут расчет на обычную психологию. Ну, представьте себе. Вы закончили чтение, и вдруг вам звонит некто таинственный и начинает нести всякую ахинею по поводу того, как бы вас перекупить. Я нарочно огрубляю ситуацию. Ни о какой вербовке речи не идет. В нашем случае это скорее выяснение позиций, точек зрения, убеждений, если хотите. Но никакого давления. Итак, еще не разобравшись в сути проблемы, но будучи человеком кристальной честности… не перебивайте, пожалуйста. Он, вероятно, услышал, учуял, что Турецкий едва удержался от иронической реплики. Так вот, как бы вы поступили? Да просто бросили бы трубку. Будь вы предусмотрительнее, уже давно бы обеспечили себя записывающей приставкой к телефонному аппарату. Кстати, очень советую, полезная штука, а главное, кушать не просит, ха-ха… Но у вас ее нет. Значит, мой звонок был бы впустую. А теперь наш вариант. Мы еще толком ничем не обменялись…

"Горбачевская интонация… Нам тут подбрасывают… Мы тут обменялись… Знакомо".

- …а разговариваем спокойно, и, чувствую, у вас нет желания немедленно прервать беседу даже по причине элементарного любопытства. К примеру, вы можете слушать и старательно вычислять меня. Или ждать, когда же я подойду к главному. И не проколюсь ли я в какой-нибудь реплике, так?

- Верно, рассмеялся Турецкий.

- Ну вот видите? был доволен и собеседник. Но, если вы по-прежнему не против, продолжим?

- Слушаю вас внимательно. "Очень любопытный психолог. Может быть и велеречивым, и в жесткости не откажешь…"

- Ну а о "братках" я вам уже сказал.

"И забывчивостью не страдает. Я уже забыл, о чем говорил, а он помнит. Занимается проблемами, связанными с анализом?…

- Перейдем наконец к главному. Итак, вы ознакомились с материалами об этих совершенно бессмысленных и безмотивных, на мой взгляд, идиотских убийствах. Ваше мнение?

- Хороший вопрос. Я бы, пожалуй, и сам не отказался получить на него немедленный ответ.

- Вы считаете логичным соединить эти дела в одном производстве?

- С тем чтобы одним махом и прекратить? Это вас интересует?

- Ну вы-то не прекратите. Вы ж не Долгачев и некоторым командам сверху предпочитаете не подчиняться. Это известно. Не стоит ловить на мякине.

- Понял вас. Значит, мой таинственный собеседник воробей стреляный?

- Да уж есть маленько, не без кокетства подтвердил собеседник и заурчал в коротком смешке.

- А когда, если не секрет? В девяносто первом или в девяносто третьем?

Возникла короткая пауза.

- Хитрый вы, Александр Борисович. Неужели вы думаете, что, кроме Москвы, а точнее, Красной площади и Краснопресненской набережной, у нас не было и нет других, еще более горячих точек?

- Логично. Но вы, Сергей Никитович, да? вы, по-моему, все-таки из тех лет.

- Как и вы. Только давайте не будем ворошить старое и выяснять, с какой стороны баррикады было жарче.