В оглоблю повозки, за которую взялась Дубрябина, рядом с ее лапой вонзилась стрела.

— Феллдо, пора уносить лапы. Сажай в повозку раненых и тех, кому трудно бежать, да поживей!

Исполнить ее приказ было делом одной минуты. Вскоре там, где стояла повозка, осталось лишь облачко пыли.

— Прекратить огонь!

Последним эту команду услышал Синешкур. Он не смог удержать натянутую тетиву, и его стрела полетела через обрыв, а сам он вслед за этим полетел вверх тормашками, сбитый с ног пинком Бадранга.

— В чем дело, ты, глухая тетеря? Ты что, не видишь, что там никого нет?! — Горностай тяжело вздохнул и сел на один из сброшенных со скал валунов. — Хиск, Блохолов, подсчитайте потери. Сколько наших погибло?

— Пятнадцать. Еще примерно столько же ранено.

— Правда, с их стороны тоже восемь убито да еще наверху кого-то стрелы достали.

— С их стороны! — саркастически хмыкнул Бадранг. — Не с их, а с нашей — это были мои рабы.

Бадранг подозвал к себе Хиска:

— Возьми десятерых воинов и двух хороших следопытов. Я хочу, чтобы ты разузнал, куда они направились. Когда ты их выследишь, возвращайся в Маршанк и доложи мне. Не ввязывайся в бой и даже не показывайся им на глаза, а сразу мчись ко мне со сведениями.

Капитан Трамун Клогг со всеми удобствами расположился в длинном доме крепости Маршанк. Развалившись в кресле Бадранга, он пил вино из диких слив и ковырял в зубах обглоданными костями селедки. Грохнув башмаками о столешницу, он закинул лапы на стол и, скорчив рожу, подмигнул Крестозубу:

— Мозги — вот что нужно, чтоб отнять ветер у врага, понятно? Мозги!

Лис восхищенно покачал головой:

— Да уж, кэп. Перехитрил ты старину Бадранга!

От смеха огромное брюхо Клогга заходило ходуном.

— Сейчас, говорю, помогу тебе рабов поймать. Ты иди туда, а я сюда. Ну и пошел я прямо сюда — в крепость то есть, перемахнул через стену и захватил Маршанк. Хо-хо-хо! Между прочим, братишка, а ворота заперты?

Крестозуб налил себе вина:

— Заперты на все замки, запоры и засовы, кэп. Команда расставлена по стенам, накормлена досыта и вооружена до зубов.

Клогг ухмыльнулся:

— И все ждут, когда дядюшка Бадранг наведается к нам в гости, повесив нос и поджавши хвостик. Гы-гы-гы!

27

Вакка, вождь племени Гоо, был свирепым бойцом — свирепым и проворным. Хотя в проворности он и уступал Мартину Воителю. Увидев, что вождь белок летит на него, юный воин ловко отскочил в сторону. Вакка приземлился на четвереньки. Не теряя ни секунды, он развернулся, вскочил и набросился на Мартина; его когти вонзились Мартину в бока, острые зубы защелкали, ища горло противника, а пышный хвост заелозил по лицу Мартина, не давая дышать. Мартин изо всех сил укусил этот хвост и упал на спину, выставив все четыре лапы. Вакка вскрикнул от боли и, перелетев через голову Мартина, упал прямо в толпу белок. Мартин сразу же вскочил. Он знал, что сейчас последует, и поэтому сцепил вместе обе передние лапы в подобие кувалды. Белки бросили своего вождя в Мартина, надеясь сбить его с ног.

Вакка со всего маху налетел носом на сцепленные лапы Мартина. От удара у вождя белок из глаз посыпались искры, и некоторое время он сидел на земле, приходя в себя и слизывая кровь с разбитого носа. Наконец в голове у него прояснилось, и он снова бросился на Мартина. На этот раз он применил довольно простой финт: когда Мартин отскочил в сторону, Вакка прыгнул в ту же сторону и схватил противника. Обвив задние лапы вокруг пояса Мартина, он повис на нем как репей и стал остервенело царапаться. Мышонок дернулся: когти глубоко впивались ему в тело, враг подбирался к глазам.