Закрыв за разговорчивым Павликом (Господи, он продолжал говорить, пятясь в лифт!) дверь, я некоторое время постояла в раздумье. Момент истины? Подсказка? Основа словам Искандеры: "Я, наоборот, боялась, что ты так и останешься с ним"? Получается, Арсений, будучи охотником, и должен показать себя охотником, умеющим не только стрелять, но и вытаскивать себя из трясины?.. А я, значит, заинтересовавшая его дичь, которая его же и выманивает из топи... Хм... Интересно.

И... Ха! Я хочу быть красивой, лакомой дичью!

И дико интересно, что значат на этом фоне его слова: "... нужно начинать знакомство несколько иначе"?

Машинально глянула на настенные часы. Ой, скоро Лёшка приедет, а у меня ничего не готово! Мне ведь ещё нужно сложить оба платья - и красное для себя, и чёрное для Ленуськи! А ещё не забыть для неё маску! Туфли она принесёт сама!

Проснувшаяся мама застала меня в разгаре бешеной деятельности: я бегала из комнаты в ванную, а оттуда на кухню с не меньшей скоростью, чем она недавно.

- Что случилось?

- Мам, я забыла сказать, что начала ходить в секцию танго! Ты не видела - я здесь туфли оставила?

- Красные? Поставила на полочку в прихожей! Откуда у тебя такие? Вроде не новые? И почему ты их вытащила - не лето же?

- Мам, мне туфли тётя Клава подарила - вместе с платьем! Для танцев!

- Ты к ней ходила? Когда? Как она там?

- Всё нормально. Надо бы вместе сходить. Мы с Инной ходили. Да, я забыла тебе показать, что мне Лёшка привёз из Москвы. Во какая штучка! Тебе нравится?

- Надела бы, - пробормотала мама, распяливая на руках длинную кожанку, - чтоб на тебе посмотреть...

- Некогда, мам.

- А что - Лёшка постоянно за тобой приезжает?

- Пока - да. Вот освоюсь - может, и не надо будет.

Когда я, запыхавшись, переодетая и с готовыми сумками, уселась на диван вместе с мамой, она, задумчиво глядя на меня, сделала замечательный вывод:

- Столько новостей за полторы недели... Может, мне снова уехать? Этак на месяц? Вернусь, а ты - замужем?

Я засмеялась и обняла её. У нас с мамой договорённость, что в мои личные дела она не встревает до тех пор, пока я сама не захочу с ней поделиться. И этот уговор она соблюдает строго... Мы так, в обнимку, посидели немного, и тут вдруг я вспомнила, что мама остаётся одна на целый вечер. Я буду где-то до девяти, Инна вряд ли расстанется с Глебушкой до тех же девяти... Что же делать? Одна надежда на её любимые сериалы, но всё равно остаётся какой-то осадок...

И тут зазвонили телефоны.

Сначала домашний - стационарный. Мама подошла, подняла трубку - обернулась ко мне, смешливо подняла брови:

- Тётя Лида звонит.

- Про Инну молчи, что она у нас! - прошипела я.

Мама кивнула и с притаённым вздохом стала слушать свою давнюю подругу, любящую смачно, с подробностями разглагольствовать на темы всяческих ужасов (от обуви, которая жмёт, - до вселенских катастроф, которые мешают ей жить), а я быстро сбегала на кухню и принесла ей табурет. Всё, мама занята часа на два как минимум. Уже тяжесть с сердца, оттого что будет коротать вечер одна. Правда, это тоже очень тяжело - слушать такую даму, как тётя Лида: после двух-трёх вопросов к маме о поездке она наверняка будет говорить только о себе - о своих болячках и бедах... Обычно она закатывает монолог тот ещё.

Потом зазвонил мой телефон. Лёшка. Сказал, что не поднимется: чего время зря тратить? Хотя я уже сообразила, почему он не поднимается. Мама здесь. А он её побаивается. Сказала, что сейчас буду, на что он озабоченно предупредил:

- Ян, я из машины не выхожу, но у первого подъезда машина знакомая.