– Полагаю, Монику вы арестовали, – с трудом проговорил он.

– Арестовали.

Томас снял со спинки стула свой плащ.

– Я готов идти, – тихо сказал он и со слезами на глазах посмотрел на Дэна. – Ты веришь, что я глубоко сожалею обо всем?

– Верю.

– Спасибо. – Томас удрученно покачал головой и направился к двери, но остановился. – Кажется, я даже испытываю какое-то облегчение. – Он провел по лицу дрожащей рукой. – Мне становилось все труднее оставаться наедине с собой.

– Понимаю.

Они молча дошли до конторы Гамильтона. Здесь Томас удержал Дэна.

– Окажи мне маленькую услугу, – попросил он. – Дай мне вынести одному это унижение.

– Хорошо, – кивнул Дэн и хотел уйти.

– Дэн!

Дэн задержался.

– Прислушайся к человеку, которого когда-то ты называл своим другом, – волнением проговорил Томас. – Иди домой и скажи Жаклин, что ты ее любишь. И потом считайте счастьем каждый прожитый день, каждый час своей жизни! И без конца благодарите судьбу за вашу встречу! – Он постучал в дверь кабинета Гамильтона, затем с грустной бравадой махнул Дэну рукой: – Au revoir, друг мой.

Услышав, как стукнула входная дверь, Джеки вскочила с дивана и побежала в холл.

– Дэн!

– Привет, котенок. – Он подхватил жену на руки и зарылся лицом в ее душистые волосы.

– Все в порядке? – прошептала она.

– Теперь – да. – Он откинулся назад, вглядываясь в ее сияющие синие глаза, в которых отражались его мечты и заключалась вся его жизнь. – Как отец? – тихо спросил он.

– Ничего, со временем папа оправится. – Она заботливо всматривалась в его лицо. – Очень было тяжело?

– Все позади. А это главное. – Он коснулся ее губ своими, вспоминая слова Томаса. – Жаклин, я люблю тебя!

Джеки счастливо улыбнулась:

– И я тебя очень люблю... на всю жизнь.

Глава 20

– По первоначальным отчетам Лэффи кажется, что разработанный Александром план противостояния мятежникам водочного бунта пока что осуществляется успешно, – сообщил Дэн, врываясь в кухню и читая первый параграф статьи Лэффи в номере от 30 октября.

– В самом деле? – Джеки хлопотала у стола, впервые пытаясь без помощи Греты приготовить пироги с клубникой.

– Да, в самом деле. – Дэн вернулся к чтению. По правде говоря, ему доставляло огромное удовольствие увидеть напечатанной новую статью Лэффи. Продление карьеры Лэффи стоило Дэну больших усилий. Во-первых, ему пришлось уговорить Гамильтона в качестве награды за храбрость Джеки сохранить в тайне ее работу и не вмешиваться в нее. Затем он заплатил значительную сумму молодому посыльному Джеки, чтобы он хранил молчание. Парень с радостью согласился и сразу же уволился, так что теперь Дэн сам еженедельно доставлял статьи Джеки в редакцию «Дженерал эдвертайзер». И наконец, Дэн лично заверил Бейча, что достоверность статей Лэффи остается прежней, несмотря на временное сотрудничество с министром Гамильтоном в течение нескольких недель, предшествовавших аресту Моники и Томаса. Лэффи всегда будет, с тайным сожалением сообщил Дэн Бейчу, стойким и последовательным республиканцем. И Бейч, который отлично знал о серьезном положении Дэна в обществе, с готовностью предоставил Лэффи возможность и дальше анонимно заниматься своей работой. И хотя Бейчу страшно хотелось узнать, откуда у Дэна сведения про таинственного и скрытного Джека Лэффи, он предпочел не задавать вопросов.

Оставалась угроза раскрытия личности Лэффи со стороны Моники и Томаса.