— Я отнесу сам, — Джонатон дал ей двухпенсовик, девушка осталась довольна его щедростью.

Мойра испытывала сильную головную боль после долгого пребывания в обществе Стенби. Он вел себя отвратительно, все настойчивее пытаясь ухаживать за ней — держал ее руку в своей, уверял, что она очаровательна. Говорил ли он те же слова ее матери? «Восхитительна, клянусь Богом!» Брр! Как могла ее мать терпеть этого слизняка? Хотя в то время он был моложе и не намного старше матери. Бедная женщина не могла знать, что он собой представляет. Стенби отнюдь не безобразен, а мать тогда ужасно страдала от одиночества. Она родилась и выросла в сельской местности, и была неопытна, плохо знала людей. Стенби, должно быть, показался ей завидным кавалером. Но эти лягушачьи глаза! Ее передернуло от отвращения, она плотнее закуталась в шаль.

Когда раздался легкий стук в дверь, Мойра решила, что это Джонатон и пригласила войти, не предвидя неприятностей. Вошел мистер Хартли и закрыл за собой дверь. В его взгляде было что-то такое, что очень испугало девушку.

— Ко мне нельзя, мистер Хартли, я одна, — сказала она и хотела закрыть перед ним дверь.

Хартли загородил ей дорогу и сказал с издевкой:

— В первый вечер вы были более гостеприимны, мадам.

— Тогда в соседней комнате находился сэр Дэвид. Вынуждена просить вас уйти, сэр.

— А я, к сожалению, вынужден не подчиниться, — ответил он и прошел в спальню.

Негодование и страх овладели Мойрой.

— Если вы опять хотите отчитывать меня за посещение вашей комнаты, то я уже все объяснила.

— Ваше объяснение было столь же фальшивым, как и зеленое стеклянное ожерелье, которое вы надели к обеду.

Мойра ахнула.

— Не будьте глупцом, — сказала она. — Все знают, что изумруды семьи Криффов натуральные.

— Я в этом ни минуты не сомневаюсь, речь идет о вашем ожерелье, мэм.

— Как вы смеете разговаривать со мной подобным тоном! Уходите сейчас же! Немедленно! Или я позову на помощь.

— Ваш возлюбленный не услышит. Он внизу. Вы в самом деле хотите, чтобы он слышал то, что я собираюсь сказать вам?

— Говорите, что вы надумали, и уходите, мистер Хартли. Я очень устала, у меня был тяжелый день.

— Неужели? Не думаю, что уединенная беседа с поклонником может быть столь тягостна. Что же вас расстроило? Страх, что майор Стенби поймет, что вы не леди Крифф?

Мойра стала белой, как полотно. В прекрасных серых глазах застыл страх.

— Вы несете чепуху, — сказала она, но голос и стесненное дыхание ее выдавали.

— Нет, мадам. На этот раз не удастся провести меня. Мне стало известно из весьма компетентного источника, что леди Крифф — кстати рыжеволосая дама — не покидала Шотландии. Дело с драгоценностями полюбовно улажено без вмешательства суда. Так что поторопитесь привести ваши планы в исполнение, пока на вас не начали показывать пальцем и задавать нежелательные вопросы. Вам бы больше повезло, если бы вы затеяли игру со мной в первый же вечер, как и намеревались. Что остановило вас тогда? Вы испугались, что мой карман не выдержит ваших притязаний?

Мойра смотрела на него непонимающим взглядом.

— Игру? С вами?

— Или вы забыли, как заманили меня в свою комнату?

— Это была ошибка. Я приняла вас за джентльмена.

— Я не слепой и сразу понял, что вы не леди, хотя и хотите ею казаться. Теперь отвечайте, кто вы на самом деле и что за игру ведете.

— Я леди Крифф, — твердо стояла на своем Мойра.

— А я король Франции Луи.