Мойра выскользнула в коридор, бесшумно прикрыв дверь, чтобы никого не разбудить. Чем меньше людей в Большой Гостиной, тем лучше. Другого, более безопасного места трудно было найти. Хартли не посмеет поднять на нее руку здесь.

ГЛАВА СЕМНАДЦАТАЯ

Через открытую дверь Большой Гостиной Мойра увидела мистера Хартли, одиноко сидящего за столом. Он как раз собирался приступить к завтраку. Кроме него и пожилого джентльмена, читавшего газету за угловым столиком, в гостиной никого не было. Несмотря на сведения, обеспечивавшие ей надежность позиций, Мойра испытывала необъяснимый страх, приближаясь к Хартли. Хартли выглядел таким сильным и неуязвимым. Мойра снова с сожалением подумала, что, если бы он не оказался негодяем, она с удовольствием воспользовалась бы его помощью. Щеки ее горели, глаза блестели от волнения, сердце отчаянно стучало. Хартли заметил, что она вошла.

Мойра прошла прямо к столу Хартли, улыбнулась и сказала:

— Доброе утро, мистер Хартли. Мы с вами ранние птички. Можно присоединиться?

Он даже не подумал встать или ответить на ее приветствие, просто кивнул и пробурчал что-то в знак согласия, окинув ее презрительным взглядом, что только укрепило решимость Мойры. Однако его нежелание проявить элементарное почтение больно ее кольнуло.

Хартли был уверен, что сразу раскусил ее намерения: решила сыграть роль невинной провинциалки в надежде на его жалость. Нельзя было не признать, что с заданием ей удалось справиться превосходно. Обрамлявшие щеки локоны ниспадали каскадом, делая ее неотразимой. Простое муслиновое платье сидело превосходно и шло ей гораздо больше шикарных безвкусных нарядов, которые она надевала раньше. Она даже подобрала новое выражение лица специально для этого случая — смесь страха и решимости в расширенных серебристых глазах было что-то новое, чего он раньше не замечал. Хартли приготовился выслушать душещипательный рассказ. Что она изобрела на этот раз? Историю двух несчастных сирот, сбежавших от жестокой мачехи? Или о коварном опекуне, который принуждал ее к сожительству?

— Надеюсь, что вы пришли в себя, мисс, — начал он ледяным тоном, не предложив ей даже кофе. Это, как он полагал, могло придать оттенок дружеского расположения их беседе, а Хартли решил избегать даже намека на дружеские отношения.

— Я обдумала ситуацию, — ответила она.

— И?

Мойра дерзко взглянула на него, невинный вид как рукой сняло.

— И решила, что ваше положение очень шаткое, мистер Хартли.

Он изумленно вскинул голову и направил на нее острый проницательный взгляд.

— Вот как? Я всегда подозревал, что вам не хватает мудрости, но до этого момента не считал вас дурой.

— Может быть и так. Но, если вы полагали, что у меня недостаточно опыта и соображения, чтобы понять вашу игру, вы глубоко ошиблись. Вы тоже излишне медлите с завершением задуманного дела, мистер Хартли. Мне удалось узнать, что вы тоже не тот, за кого себя выдаете. На самом деле вы никто иной, как негодяй, пытающийся сбыть за большие деньги то, что ему не принадлежит.

Он засмеялся с вызовом.

— Тот случай, когда гора идет к Магомету.

— Называйте, как хотите. Цели, однако, похожи. Ваш план гораздо опаснее моего, сэр. Черный Пизрак вас вытащит из укрытия и четвертует, если я шепну ему о том, что вы замышляете.

— Он не настолько глуп, чтобы причинить вред офицеру таможенной службы.

— Верно на тот случай, если бы вы им были. Другое дело человек, который под прикрытием закона совершает преступление. Ему грозит расправа не только со стороны властей, но и со стороны Джентльменов. Мне известно, чем вы здесь занимаетесь, сэр, — стараетесь втянуть Стенби и Понсонби в приобретение доли в контрабанде крепких напитков.