Пока Андерсон вел остальных к общественному шаттлу, он напомнил себе о том, что Жнецы создали Цитадель как приманку в ловушке высоких технологий. Той ловушке, что сработала столь успешно, что даже сейчас, два года спустя, отдельные повреждения, причиненные разумными машинами, еще не были до конца устранены.

Как только Андерсон расположился перед органами управления, машина ожила. Антигравитационный спидер, приводимый в движение полем эффекта массы, доставит их из нижних кварталов в окрестности Президиума, где располагаются офисы Совета. Кали села рядом, а Ник, протиснувшись назад, уставился в свой уни-инструмент. Устройство представляло собой оранжевую голограмму, парящую в воздухе над правой рукой юноши. Прибор можно было использовать для взлома компьютеров, починки электронных устройств и игры в игры. Последним и был поглощен Ник, а Андерсон тем временем, проведя шаттл сквозь лабиринт улиц и под изящными пешеходными мостами, влился в поток транспорта, который тек, подобно реке между двумя высокими берегами.

Спустя десять минут шаттл приблизился к платформе скоростного транспорта, где они вышли наружу. Невысокий бочкоподобный волус пытался протолкнуться мимо них, чтобы занять освободившийся спидер. Он был одет в защитный скафандр, и большую часть его лица скрывала дыхательная маска.

— Дайте пройти, земляне. У меня мало времени.

Они успели привыкнуть к зачастую грубой манере, с которой жители Цитадели общались друг с другом, так что их не удивил раздраженный тон незнакомца. Волусы состояли в близком родстве с похожими на хищных птиц турианцами, многие из которых все еще ощущали толику враждебности по отношению к людям, причиной которой была Война первого контакта. И это было лишь одной из многих проблем, которые не давали расам полностью доверять друг другу.

Подходя к ряду лифтов, Андерсон, Кали и Ник миновали пару прекрасных азари. Эта раса была однополой, но для Андерсона они выглядели как человеческие женщины, даже несмотря на то, что их кожа имела синий оттенок. Вместо волос их головы покрывали волнообразные складки кожи, а сами они были необычайно стройны.

— Можешь уже закатить глаза обратно, — заметила Кали, когда они входили в лифт. — Не удивительно, что азари обходятся без мужчин. Может, я тоже смогла бы.

Андерсон ухмыльнулся:

— Просто смотрю, ничего более. Я лично предпочитаю блондинок.

Кали скорчила гримасу, лифт устремился вверх, и в этот момент саларианец, стоящий перед ними, выронил портфель. Он держал его подмышкой, но портфель вдруг выскользнул и упал на пол. Как и у остальных представителей его вида, вытянутую голову этого саларианца венчали два рогоподобных выступа. Когда он наклонился, чтобы поднять упавший предмет, тот отскочил от него.

— Ник! — сердито сказала Кали. — Прекрати… Подай портфель и извинись.

Парень, казалось, готов был возразить, но, увидев выражение лица Кали, благоразумно передумал. Подняв портфель с пола, он подал его владельцу, пробурчав извинение.

Саларианцу доводилось прежде видеть выходки биотиков, так что его это не развеселило.

— У тебя талант, — резко заметил он. — Используй его с умом.

Ник был одним из немногих, кто мог манипулировать подобной гравитации силой, которую можно обнаружить во всех считающихся пустыми пространствах вселенной. Мальчик занимался, оттачивая свои биотические навыки, и та тонкая комбинация энергий, требовавшаяся для того, чтобы выбить из рук портфель и переместить его в пространстве, была весьма впечатляющей.