Его член вошёл в мой рот, а ладони переплелись сзади на шее.

О! Эта позиция была мне известна, Иванна называла её "горловой тампон". Так его член скользил под более удобным углом. И глубже, чем я когда-либо пробовала.

Но когда головка проникла слишком глубоко, я напряглась, отпрянув назад. Ноги инстинктивно согнулись в коленях.

Он сразу подался назад.

- Расслабься, lapochka. Ты справишься, - сказал он, поглаживая меня большим пальцем по щеке.

Каким-то образом это мимолётное прикосновение - на контрасте с развратным сексом последних суток - подействовало на меня сильнее всего. И когда он снова вошёл, я приказала себе расслабиться.

- Хорошо. Вот так. - Он вышел. - Дыши. - Когда я вдохнула, он медленно погрузился вновь.

Мы проделали это дважды, а его руки продолжали, будто колыбелью, обхватывать мою шею. Большие пальцы легонько поглаживали горло, направляя, увлекая... пока головка не проскользнула вглубь.

Я это сделала! В таком положении всё было куда легче! Или дело было в мужчине?

- Вот ты и делаешь мне "глубокую глотку", Katya, - в его голосе звучала гордость, и это путало мои мысли, наращивая возбуждение до немыслимых пределов. Я застонала.

- Так хорошо всё делаешь. - Он отстранился, расставив ноги пошире. - Дыши.

Я вдохнула, готовясь продолжать. В следующий толчок я приняла его ещё глубже, заведя руки назад, чтобы обхватить его ягодицы. Вскоре мы выработали идеальный ритм, синхронизировав его толчки и моё дыхание.

- Вот так... вот так... такая умница... - Он наставлял меня, восхвалял, и это делало меня просто ненасытной. - Моё семя устремится прямо в тебя.

Я вновь простонала...

- Тебе нравится. Я чувствую твои стоны так же хорошо, как и слышу. Дыши, детка.

Я смутно помнила, что Иванна рассказывала мне об одном трюке, сводящем некоторых мужчин с ума. Пока рот у меня был занят, а руки обхватывали его ягодицы, пальчиками я проникла прямо между половинками.

- Lapochka? – хрипло произнёс он. - Ты решила пошалить?

Мой указательный палец обвёл самую серединку. Ободрённая его стонами, я усилила давление в центре.

И, наконец, проникла внутрь...

- Ооо! – у моих ушей содрогнулись его сильные ноги. – Моё семя ты получишь раньше, чем я буду готов!

Я лишь застонала, а он закричал:

- Katya! – его член, прижатый к моему языку, начал своё извержение. Севастьянов трахал мой рот, выстреливая кремовые струи.

Я глотала, а его пальцы помогали сперме проходить вдоль горло, и эта хозяйская хватка на шее казалась... нежной.

Он содрогнулся в последний раз. С финальным залпом горячего семени.

Длинный измученный стон...

Освободив мой рот, он перебрался на другую половину кровати. Пытаясь совладать с дыханием, произнёс:

- Теперь твой черёд. - Он вновь за лодыжки подтянул меня к себе. Он склонился ко мне, и его резкие выдохи согрели мой выступающий клитор, набухшие губки и чувствительную дырочку. - Ты уже на грани. После "глубокой глотки" твоя киска стала ещё мокрее? Или, может, тебе нравится исследовать тело твоего хозяина? Спроси разрешения кончить.

Несмотря на невероятную нужду, повиноваться я не собиралась.

- Можно мне кончить - я толкнула бёдра вверх, раскрываясь, - так я должна сказать? Но разве ты сам не хочешь подарить мне оргазм?

Его акцент усилился:

- За это я накажу тебя потом. Тебе ведь этого хочется? А сейчас полижу твой ноющий маленький клитор. - Его язык скользнул один раз, другой, третий - я и закричала.

Накопившееся напряжение прорвалось на свободу. Вцепившись в простыни, я мотала головой из стороны в сторону. Своим горячим ртом и ненасытным языком он вынуждал мою ноющую киску сокращаться вновь и вновь.

Он продолжал меня целовать. Слишком чувствительно! Чересчур! Мне пришлось скрестить ноги, чтобы он меня отпустил.