|
Точнее том, что она оказалась женщиной. А во многих северных семьях слово женщины было весомее мужчины.
Конечно, имелись и различия. Например, северяне прятали лицо, показывая свою ничтожность перед вознесшейся богиней. А еще Ерикан говорил, что в Землях было намного больше праздников, посвященных Аншаре. Значительная часть из которых брала свое начало еще с языческих воспеваний богов.
— Орух, позволь взять тебя за руку, — спросила Юти.
— Зачем? — не напрягся, а скорее удивился новый знакомый.
— У южан есть такой обычай, — легко солгала девочка. — Говорят, что по руке можно узнать, хороший перед тобой человек или нет.
— Вы очень странные люди — южане, — белозубо улыбнулся Орух, но руку протянул.
Кольцо в обруче вспыхнуло раньше, чем Одаренная коснулась северянина. Орух легонько вздрогнул, невольно почувствовав силу Юти. Сама же девочка уже не обращала внимания на крупное тело торговца, прикрыв глаза и путешествуя по его душе. Настолько глубоко, насколько позволяло единственное кольцо в новой способности яснознания.
— Он не врет, — сказала она чуть позже, отпустив удивленного северянина. — Орух чуть плутоват, имеет несколько слабостей, часто не контролирует себя, перебрав браги, но в целом хороший человек.
— Нет абсолютно плохих или хороших людей, — сердито ответил Ерикан. — Это раз. Два, в присутствии человека говорить о нем, будто его сейчас здесь нет, неприглядно.
— Вы Одаренные! — подскочил на ноги Орух.
— Да, моя ученица делает все, чтобы каждый встречный узнал об этом, — устало протянул Ерикан.
Юти понимала разочарование старика, который одним взглядом предрек дальнейшее поведение Оруха. И оказался прав. Северянин накинулся на них с расспросами, на которые приходилось отвечать девочке. Потому что Ерикан угрюмо занимался готовкой еды. Разговорился старик только когда они пообедали, распрощались с Орухом и продолжили путь.
— Когда ты приняла своей способностью яснознание, попросив научить получать сведения не от предметов, а от людей, я еще не знал, куда заведет нас твое любопытство.
— Я живой человек, — пожала плечами Юти. — Мне не интересны предметы, мне интересны люди.
— Но не обязательно испытывать на каждом встречном новую способность. Зачастую поведение человека само говорит о том, лжет он или нет.
— Ты научишь меня этому?
— А что я делал все это время? — возмутился Ерикан. — Будь внимательнее к миру.
Старик прошел вперед, но все же обернулся, глядя на застывшую на месте ученицу.
— И не воспринимай все так буквально. Это не значит, что ты теперь должна стоять здесь и пытаться впитать весь мир без остатка. Я не так молод и могу помереть, преждем, чем это произойдет.
Ерикан, конечно, пусть и злился, но теперь слегка насмехался над Юти. Однако уже к концу заготовленный речи его брови поползли вверх, а мышцы на руках напряглись. Ибо наставник увидел изменения в Одаренной. Те самые, которые произошли после посещения Весерина. Потому что перед ним сейчас стояла не девочка-подросток, а Вельда. Точнее, ее слабый отголосок.
— Егерь, — произнесла Юти, подняв на учителя тяжелый взгляд.
— Он идет за нами? — спросил Ерикан.
Юти медленно помотала головой, будто приходя в себя.
— Он идет за Ним. Они все идут за Ним.
Эпилог
(невычитанный черновик)
Заунывная песня рога в ночи походила на утробный рев могучего зверя Скверны и заставляла вздрогнуть каждого, кто ее услышал. Правда, тревожный призыв оборвался слишком быстро, позволяя усомниться в его реальности. |