Призрак мучался весь день. Ходил взад-вперед подобно псу, который чувствует, как на кухне варят вкусную мозговую косточку. И к вечеру наконец оседлал коня.

Он скакал всю ночь, останавливаясь ненадолго и рискуя загнать бедное животное. Зато к утру уже был в Золотых холмах, где за доплату поменял взмыленного коня на свежего. Образ стал более четким, но вместе с тем вырисовывался не так ярко. Что означало лишь одно — стоит поторапливаться. Девчонка — кехо и способна довольно быстро залечить собственные раны. Это Морац Кер тоже чувствовал.

Обычный путь из Золотых холмов в Висерин занимал несколько дней. Призрак уже до заката оказался у главных городских ворот города, взмыленный и преодолевший последние лье бегом. Лошадь, хрипя и исходя пеной, пала не менее четырех часов назад, не в силах выдержать гонку, устроенную Одаренным. Да и сам Морац Кер предстал далеко не в лучшем состоянии.

То, что давало ему сил — было всего в нескольких сотен шагах вверх по главной улице. Морац Кер мог бы преодолеть этот путь даже с закрытыми глазами. Впрочем, понимал, что теперь, когда приложено столько усилий, торопиться не стоит.

Проблем со стражей у человека с татуировками зверей Скверны не возникло. К Егерям всегда относились с уважением. А когда Морац Кер соврал, что он едет в Конструкт по приказу Пятого Инквизитора Дома Правды, от него и вовсе отстали.

Он скромно поел в дешевом трактире, стараясь не увлекаться ни едой, ни выпивкой. После почти двух суток пути стоило бережно относиться к своему организму. Чем старше становился Морац Кер, тем явственнее понимал это. К тому же, не хотелось бы ночью мучаться животом, когда ему предстоит выполнить дело.

Призрак не мог знать, что по злой иронии судьбы остановился именно там, откуда не так давно выводили объект его охоты. Более того, в той же комнате. Разве что лег на соседнюю кровать, где проспал без малого до полуночи.

Проснулся Морац Кер сам, без всякой помощи. Сел, опершись руками на колени и пытался унять тяжело стучащее сердце. Призраку шел пятый десяток. Для мужчины не возраст — сущие пустяки. Однако все чаще Морац Кер чувствовал, что меч уже не так легок, как раньше, а плечо весь день может болеть даже от неудобной постели. Походные приключения все меньше радовали Призрака, а желание поспать подольше стало чем-то обыденным.

Морац Кер старался держать себя в форме. Он выглядел намного лучше, чем многие мужчины, которым вскоре должно исполнится пятьдесят. Однако понимал, что природу не обмануть. И старение — такой же естественный и неотвратимый процесс, как и смерть.

Вот и сейчас тело протестовало против неожиданного пробуждения. И только усилием воли и разума Морац Кер заставил организм подчиниться. Он воин, пусть и не самый лучший среди последователей Аншары. Сказать откровенно, Призрак не особо чтил ни богиню, ни ее полюбовничка. Старые боги — вот настоящая истина. Впрочем, как человек умный, он брал отовсюду то, что можно взять. В том числе и от Аншары, и от Инрада. Никогда не знаешь, что может пригодиться в этой жизни.

Как только Морац Кер умылся холодной водой и оделся, стало чуть лучше. А принизывающий ветер улиц Весерина и вовсе окончательно привел в себя нечаянного охотника на людей. Точнее, на одного конкретного человека.

Призрак замер лишь на короткое мгновение, пытаясь понять, что же именно не так, что именно он упустил? Потому что образа теперь было два, и Морац Кер не мог различить их очертания. Единственное — один удалялся, когда как другой находился здесь, в городе.

Морац Кер всегда был практичным человеком. Он решил, что лучше белка в руке, чем куница в норе. Потому настолько быстро, насколько это было возможно, Призрак направился к нужному дому.

Весерин совсем не изменился с последнего посещения. Все та же провинциальная дыра под видом имперского города. У них даже борделя не было. Так много лет назад распорядилась одна из местных Наместниц (Призрак и не пытался их запомнить).