«Я постараюсь запомнить, что ты не любишь падать». Голос Сайманит'а звучал виновато, и Робинтон немного смягчился.

* * *

Не в силах отказаться от очередного представления, Ф'лон с Сайманит'ом лениво покружили над двором Дома арфистов, постаравшись, чтобы их появление заметили. К тому моменту, как Сайманит' сложил крылья на спине, на ступенях уже собрался комитет по встрече. По правде говоря, Робинтон предпочел бы вернуться домой как-нибудь тихо и незаметно. Мерелан — именно ее Робинтон постарался углядеть первым делом, — выглядела хорошо. Она стояла рядом с Лоррой. Та обнимала за плечи высокую, очень красивую брюнетку, показавшуюся Робинтону смутно знакомой. Последней в этой маленькой группе была Кьюбиса. Робинтон взглянул на окна репетиционного зала, в котором проводил большую часть времени Петирон, но ничего не увидел и не услышал. Облегченно вздохнув, Робинтон спустился на землю и бросился к лестнице, спеша обнять маму.

Мерелан не казалась сейчас такой хрупкой и изможденной, как при расставании три Оборота назад, но в ее косах добавилось седины, а на лице — морщин. Эти признаки приближающейся старости перепугали Робинтона — для него нестерпима была сама мысль, что мама может постареть. Но он скрыл свой страх за улыбкой и множеством бессвязных слов, какими люди обычно обмениваются после долгой разлуки.

Принявшись благодарить всех за то, что пришли его встретить, Робинтон снова взглянул на юную красавицу брюнетку. Та старалась казаться спокойной, но на щеках ее играл румянец. А потом Робинтон сообразил, кто перед ним.

— Обороты пошли тебе на пользу, Сильвина. Ты так похорошела… — сказал Робинтон и, продолжая обнимать Мерелан за плечи, протянул руку подруге детских лет.

— Да и ты теперь сделался недурен собой, арфист, — дерзко отозвалась она и улыбнулась.

— Я смотрю, ты возмужал, — заметила Мерелан, похлопав сына по груди и пощупав мускулы. — И стал еще выше, — добавила она обвиняющим тоном — как будто Робинтон не имел права меняться за время разлуки.

— Мастер Лобирн постоянно заваливал меня работой, — сказал Робинтон, притворяясь смертельно уставшим.

— Чушь какая! — со свойственной ей прямотой заявила Кьюбиса. — Судя по виду, ты в отличной форме. Даже в лучшей, чем был перед отъездом.

Тут в дверном проеме появилась Бетрис.

— А, вот и он! Отлично. Лорра приготовила ради тебя настоящий пир, и нам всем не терпится взглянуть, чем же она собирается хвалиться. Давай, Роби, нечего тут мешкать.

Она схватила Робинтона за руку, оторвала его от Сильвины и потащила за собой.

Робинтон выпустил мать из объятий лишь после того, как они оказались в малом обеденном зале и у него появилась возможность усадить Мерелан в кресло. Едва он собрался сесть сам, как появился мастер Оголли.

— Надеюсь, я не опоздал? — ворчливо поинтересовался мастер-архивариус. — Мальчик мой, до чего же я рад тебя видеть! — Тут он увидел накрытый стол и просиял. — Просто великолепно! Я, пожалуй, выпью чашечку кла и съем пирожное, но надолго задержаться не смогу. В этом Обороте у меня не ученики, а сущие бестолочи. Ты просто не представляешь, Роби, до чего мне тебя не хватает! Или мне теперь следует звать тебя полным именем, а, подмастерье Робинтон?

— Вы можете звать меня, как вам больше нравится, мастер Оголли. Я всегда к вашим услугам.

— Роб, мастер Дженелл хотел повидаться с тобой после обеда, когда у него закончатся занятия, — сказала Бетрис.

— А кто-нибудь знает, куда меня отправят теперь? Робинтон подмигнул Бетрис, давая понять, что не очень-то надеется на ответ.