У Петирона отвисла челюсть.

— Но он — мой сын!..

— Только вот вспомнили вы об этом, похоже, только что, — произнес Дженелл, словно отчитывал провинившегося подмастерья. Затем он слегка смягчился. — Петирон, вы — лучший композитор из всех, что появлялись в цехе на протяжении последних двух сотен Оборотов, и вас за это ценят и уважают. Должно быть, эта ваша способность всецело сосредоточиться на чем-то одном позволяет вам сочинять столь сложную и изысканную музыку — но она же мешает вам помнить о других, не менее важных вещах. Например, о вашей жене и вашем сыне. А потому, когда Бенден-холд попросил прислать к ним учителя вокала, я назначил на этот пост Мерелан. По ее просьбе. А поскольку у лорда Бенденского есть дети примерно одного возраста с Робинтоном, он отправится с матерью.

Оскорбленный Петирон поднялся с кресла.

— Я — его отец! Неужели я не имею права голоса?

— Согласно традиции, до тех пор, пока мальчику не исполнится двенадцать, он находится под присмотром матери — если только его не отдают на воспитание в другую семью.

— Все это было проделано с совершенно излишней поспешностью, — начал Петирон, сжимая и разжимая кулаки и стараясь сдержать закипающий гнев. Мало того, что никто не пожелал считаться с его отцовскими правами, так еще и жена, всегда относившаяся к нему с пониманием и любовью, внезапно покинула его!

— Напротив, мастер Петирон, — отозвался Дженелл, медленно и печально покачав головой. — Это решение не было ни легким, ни поспешным.

— Но… она же была там! Совсем недавно! — Петирон махнул дрожащей рукой в сторону своих комнат, располагавшихся этажом ниже. — Она не могла уехать далеко…

— Сегодня утром из Бендена прилетел дракон и привез Мерелан письмо от лорда Майдира. Врачи велели его арфисту, Эварелю, отдохнуть, и Майдир настойчиво просил Мерелан принять их приглашение. Она отправилась домой, чтобы обсудить его просьбу с вами. Признаюсь честно, я был удивлен, когда она, вернувшись, сообщила, что согласна. Она сказала, что, по ее мнению, этого требуют интересы Робинтона — и ее собственные.

— И все из-за того только, что я не вспомнил, сколько лет моему сыну? — От удивления голос Петирона взвился до тенора.

Дженелл уставился на него с таким искренним изумлением, что Петирон понял: об этом Мерелан не сказала. Однако она согласилась принять пост в Бендене и уехать из цеха — уехать от него, от мужа! Это было настолько не похоже на Мерелан, что Петирон не мог придумать тому никаких объяснений — кроме этого дурацкого незначительного происшествия.

— Этого я не знаю, Петирон. Но сейчас они с мальчиком уже добрались до Бенден-холда. Мерелан попросила Бетрис собрать их вещи. Думаю, в скором времени она вам напишет.

Петирон посмотрел на мастера-арфиста. Услышанное никак не укладывалось у него в голове.

— Раз мать имеет право держать ребенка при себе до тех пор, пока ему не исполнится двенадцать, я не стану бороться с материнским инстинктом, — произнес он так резко, что Дженелл вздрогнул. — Но после этого он будет мой.

И, высказав это полуобещание-полуугрозу, Петирон развернулся и покинул кабинет мастера-арфиста.

Глава 6

Мама так никогда и не рассказала Робинтону, почему вдруг она появилась в то утро в классе и негромко переговорила с Кьюбисой — та сохраняла полнейшую невозмутимость. Потом мама просто вручила Роби его теплую куртку и велела ее надеть, а сама быстро собрала все, что он хранил в школьном столе, в заплечную сумку и добавила туда же вещи, принесенные Кьюбисой.

Было в ее поведении нечто странное, и Роби предпочел покамест ни о чем ее не расспрашивать.