— Тебе же понадобится три скакуна, чтобы увезти весь этот хлам, — фыркнула Мерелан. Робинтон наклонился взглянуть, не плачет ли она, и мать улыбнулась ему. — Ах, сынок, как я буду по тебе скучать… — Она коснулась его руки; взор ее затуманился слезами. — Я буду очень по тебе скучать — но все-таки я очень рада, что ты получил повышение и тебе теперь нечасто придется сталкиваться с отцом.

— А что он… ну, он хоть что-нибудь сказал?

— Нет, — Мерелан с негромким смешком отвернулась и принялась копаться в сумке, перекладывая вещи. — Он вообще со мной не разговаривает — настолько он возмущен самим фактом, что ты стал подмастерьем. — Она пожала плечами. — Со временем он смирится, но, боюсь, никогда не простит Дженеллу, что все это провернули у него за спиной.

— Клянусь Скорлупой! Я об этом как-то не подумал!

Робинтону представилось, как отец изводит мастера Дженелла своим недовольством, и юноша невольно съежился.

— Да будет тебе, Роби. Мастер Дженелл прекрасно справляется с причудами твоего отца — да и я тоже. Покипит-покипит — и успокоится и напишет какую-нибудь новую вещь, чтобы я ее спела.

Робинтон схватил мать за руку. Она взглянула на сына.

— Мама, но ведь ты же будешь осторожна, правда? Ты не будешь отдавать его музыке слишком много сил?

Мерелан с нежностью погладила юношу по щеке.

— Со мной все будет хорошо. Я обязательно буду отдыхать — как же иначе? Джиния, Бетрис, Лорра — все они присматривают за мной. Да и твой отец тоже. Я вовсе не собиралась его пугать, но, похоже, все-таки напугала. Он ведь меня любит, хоть и собственнически. Так что все будет в порядке.

Робинтон обнял мать, неожиданно остро почувствовав, до чего же она худенькая и хрупкая. Ему приходилось постоянно следить за собой, чтобы ненароком не причинить ей боль, а так хотелось крепко, изо всех сил прижать Мерелан к себе… Он боялся, что может никогда больше ее не увидеть.

— Роби, — успокаивающе сказала Мерелан, — я чувствую себя намного лучше. Не волнуйся ты так. Ты же знаешь, что все пойдет легче… теперь… — добавила она, извиняясь. — Если от тебя не будет вестей, я сама тебе напишу или отправлю сообщение с барабанщиками. Ты меня слышишь, молодой человек?

— Конечно, мастер голоса. В Плоскогорье неплохая сеть скороходов,

— Что ж им еще остается, раз они живут в таком захолустье, — несколько свысока фыркнула Мерелан.

Двор содрогнулся от ни с чем не сравнимого звука — трубного клича дракона.

— Похоже, за тобой прибыли, — сказала Мерелан и улыбнулась. Губы у нее дрожали.

Робинтон поспешно схватился за сумки, но тут в дверях появились Дженелл, Уошелл и Оголли. Они мигом оттерли молодого подмастерья от вещей и поделили их между собой; Робинтону достался лишь футляр с новой арфой.

— Это большая честь для меня… то есть я же сам справлюсь… — пытался возражать Робинтон, но его никто не слушал. Робинтон пожал плечами и сдался.

Они двинулись к выходу. Мастер Дженелл подмигнул Робинтону, и юноша понял, что старшие мастера демонстративно выказали ему свое благоволение и ради матери и для того, чтобы заставить отца держаться в стороне. Их доброта тронула Робинтона до слез, и он еле удержался, чтобы не расплакаться.

— Ты все-таки добился! — воскликнул Ф'лон соскользнув вниз по лапе Сайманит'а. — Поздравляю, подмастерье Робинтон! Поздравляю от себя и от всех твоих старых друзей в Бендене — и в Вейре, и в холде.