В следующий раз они будут подготовлены лучше. Найдут способ обойти «Щит» или уничтожить его до того, как мы успеем активировать. И тогда — все. Архив падет.

Мы только отсрочили. Не победили.

В груди разрасталась холодная, липкая пустота. Не та, магическая, что помогала в бою, а обычная, человеческая — от бессилия перед тем, что надвигалось.

Прорыв.

Огромный, хорошо организованный, с армией наготове по ту сторону. Не спонтанное расслоение, неслучайная трещина в реальности. Атака. Кто мог такое организовать? И кому она выгодна?

Тем тварям? Да. Но не стоит ли за тварями кто-то еще?

Например… Зарен.

Имя всплыло в голове само собой, и я не стал его отгонять. Мысль была дикой, но порой даже в самой безумной идее может скрываться зерно истины.

Дикие эксперименты в Фонде Ноль с Кристаллом, с той безумной установкой, которая чуть не разорвала реальность на части. Иметь Кристалл как элемент власти вполне себе неплохо. А целую армию монстров, у которых есть этот Кристалл — еще лучше.

Что если предположить — пусть и на долю мгновения, просто как самую безумную и дурную идею, — что Зарену вся эта тема с порталом выгодна? Только вот какая?

Император умирает. Скоро трон опустеет, и начнется борьба за трон. У Зарена есть союзники, но есть и враги. Если он сможет использовать армию из другого мира как свой личный кулак, никто не посмеет встать у него на пути. Но с другой стороны не факт, что эта армия будет послушная воле архимага. Скорей всего он должен это понимать.

Я закрыл глаза, пытаясь унять пульсирующую боль в висках.

Слишком много вопросов. Слишком мало ответов.

Но одно я знал точно: Зарену верить нельзя. И если он действительно стоит за этим вторжением, то мы имеем дело не просто с честолюбивым магом, а с человеком, готовым уничтожить целый мир ради своей выгоды.

Дверь скрипнула.

Я повернул голову, ожидая увидеть медсестру или, может, вернувшуюся Катю.

На пороге стоял мужчина. Средних лет, в строгом темном костюме, с цепким, внимательным взглядом. Темно-синим взглядом.

— Не спите, Алексей? — спросил вошедший негромко.

— Не сплю. Проходите, — невесело улыбнулся я. — Чем могу быть полезен Тайной Канцелярии?

— Я думал, вы и сами догадаетесь! — ответил Бергер, войдя внутрь. — Кстати, я не один. Алексей, позволь представить. Это мой непосредственный начальник. Глава Тайной канцелярии, граф Андрей Петрович Строганов.

* * *

Глава Тайной Канцелярии оказался высоким, сухощавым мужчиной, с лицом, изрезанным глубокими морщинами. Седые усы, аккуратно подстриженные, придавали ему вид старого гвардейца, отставного военного, который и сейчас готов встать в строй. Но глаза — глаза были молодыми, острыми, пронзительными. Они смотрели на меня с той спокойной уверенностью, которая бывает только у людей, привыкших решать чужие судьбы.

Странно, но у главы Тайной Канцелярии, в отличие от Бергера, глаза были вполне обычными, не синими. Не имел атрибута «Око Абсолюта»? Тот самый Прямой Взгляд, знак владения ментальной магией. Или обладал чем-то другим, что не имеет визуальных отличий? Чем-то более мощным?

Одет он был в строгий темный костюм, никаких знаков отличия, но от него исходила та особенная аура власти, — и это чувствовалось во всем: в движениях, во взгляде, в умении держаться, — которая не нуждается в регалиях.

— Очень приятно, — ответил я. — Алексей Николаев.

Я попытался приподняться, но Строганов махнул сухой, жилистой рукой:

— Лежи, лежи.

Голос у него оказался низким, чуть хрипловатым — прокуренным, что ли. Он присел на стул, и я почувствовал исходящий от него запах хорошего табака и старой кожи. Усы его шевельнулись, когда он окинул меня внимательным взглядом.