— Очень доброго денёчка, Вадим Михайлович.

Смекнув, что я стал свидетелем его душевных мук, Пьянков сразу подобрался, поправил галстук и превратился в грозного начальника склада. О былом напоминал лишь отпечаток пятерни на его лбу да взъерошенные волосы с блуждающей чёлкой.

— Что бы вы хотели? Наша организация закрыта! — прокрякал он.

Я сунул руки в карманы, подошёл к его столу и сел на стул.

— Присаживайтесь, господин Пьянков, у меня к вам есть деловое предложение.

Я взял шестерню со столешницы, внимательно её рассмотрел со всех сторон, оценивая характер повреждений. Шестерня внешне напоминала штурвал корабля — зубчатый паз в основании, по всей видимости, одевающийся на другой зубчатый вал. Восемь клинообразных зубьев, со значительными следами выработки по наружной поверхности. Один из зубьев оказался сломан заподлицо и одиноко лежал в сторонке от шестерни.

— Сударь, не испытывайте моё терпение. Или вы хотите проблемы? — зашепелявил начальник склада, его рука скользнула под стол.

Всё понятно: жмёт тревожную кнопку, чтобы поднять охрану. Охрана здесь, впрочем, так себе — раз я без проблем проник в кабинет главного.

— Пока, я так понимаю, проблема не у меня, а у вас, господин Пьянков. Неработающий подъёмник, проверка, — я откинулся на спинку стула и перекинул ногу на ногу.

— Вы, эм… проверяющий? — насторожился Вадим Михайлович, сглатывая.

— Нет, мне всего лишь нужно забрать груз с вашего склада…

Он не дал мне договорить и завизжал как поросёнок, которого привели на убой.

— Выметайтесь отсюда! Да как вы смеете хозяйничать здесь! — распалялся начальник склада, отдалённо напоминая дребезжащую скороварку.

Я демонстративно зевнул, ожидая, когда он перестанет тарахтеть.

— Сказано же… — он выдохся, выпустив из лёгких последние крохи воздуха.

— Вы закончили воздух сотрясать?

— Сейчас вас вышвырнет отсюда охрана!

— Заткнись уже, а? — теперь уже перебил его я, слегка раздражаясь.

Всё-таки неприятный тип, этот Пьянков. Он замолчал, раздувая щёки, опустился на кожаное кресло и принялся промокать лоб платком. Я дождался, пока он придёт в себя и продолжил:

— У меня деловое предложение. Я чиню вам вашу шестерёнку, — я взял деталь в руку, приставил зуб к месту перелома, а потом отпустил — зуб шестерёнки упал на столешницу. — Тогда ваш подъёмник заработает, проверка ничего не узнает, а у вашего дружка, с которым вы разговаривали в коридоре, не получится вас подсидеть.

— Как подсидеть? Ах он гадёныш… Подождите, так вы можете мне помочь?

— Если вы сами этого захотите, — подтвердил я. — Взамен попрошу вас передать мне инструмент, застрявший на таможенном складе.

Я достал из-за пазухи накладные из магазина и передал начальнику склада на ознакомление. Он пробежался по строкам глазами, то и дело поднимая их на меня.

— Это невозможно. Позиции не прошли все необходимые процедуры, но я обещаю вам, что если вы почините шестерню, то я ускорю все процедуры до срока в три рабочих дня! — заключил он.

— Что ж, значит, невозможно починить и вашу шестерёнку, потому что для этого мне понадобится мой инструмент. Увы, вам тоже придётся ждать всё это время.

По бровям господина Пьянкова, принявших форму домика, было понятно, что такие сроки его не устраивают. Но ответить он не успел, в этот момент дверь распахнулась и в кабинет вбежали два охранника, готовых достать пистолеты — их руки застыли у кобуры.

— Что случилось, Вадим Михайлович? — оба волками посмотрели на меня.

Начальник громко облизнул пересохшие губы.