— Ну, уже прогресс! Еще бы на второго твоего хахаля посмотреть…

— Почему сразу хахаля?! — Я, полная праведного возмущения, даже отстранилась. — Говорю же, просто заказчик! — проворчала обиженно, уловив в серых глазах смешинки. — А посмотреть скоро можно будет, он обещал после заката задаток принести.

— Тогда идем в лавку. Займешься Перстами, я рукояти сделаю. А то скоро не до них станет.

— Если бы на меня всякие не бросались с заклинаниями…

— Ты бы до ночи с книжками просидела, — поддержал Лар. Я возмущенно фыркнула, но от улыбки вновь не удержалась: он же меня как облупленную знает. — Пойдем-пойдем, дел еще много. Тебе полегчало? Сможешь с этим северянином нормально общаться?

— В твоем присутствии? Буду сама сдержанность, — заверила его.

В лавке мы устроились вдвоем. Ларшакэн уселся в уголок и начал орудовать кожаным шнурком, а я принялась колдовать. Вооружившись засеком, сделала небольшой надрез на своем предплечье, нацедила в крохотную стеклянную плошку крови. Разрез оказался недостаточно глубоким, поэтому драгоценную жидкость пришлось из себя буквально выдавливать, но не резать же еще, в самом деле! К тому же требовалось мне совсем чуть-чуть. А так вон хоть перевязывать не надо, само течь перестало.

Дальше все было делом техники. Взять тонкую серебряную палочку, опустить кончиком в блюдце с кровью и ждать, пока она зарядится от разницы энергетических потенциалов между мной и моей же кровью. Самое сложное — поймать момент, когда Перст наполнится, но еще не начнет разрушаться от переизбытка энергии. Перельешь — можно выбрасывать ценный инструмент, недольешь — энергия быстро рассеется.

Кстати, на этом же принципе сродства и непрерывной связи энергии человека и его вещей, а уж тем более — крови, и строится магический поиск.

— Лар, а расскажи мне про северян, — попросила я. — За что ты их не любишь?

— А за что их любить? — хмыкнул в ответ великан.

— То есть они…

— Нет, ты не так поняла, — поспешно перебил он. — Ничего в них страшного нет. Это личное, мне просто их рожи не нравятся. А так… да я ни с кем из них толком не общался, чтобы выводы делать!

— А с рожами что не так? — растерялась я.

— Уж очень нечеловеческие они.

— Вот ты о чем. — Я задумчиво кивнула. — Ну да, не поспоришь. Одни глаза чего стоят! Но вопрос не в этом. Что ты можешь о них рассказать интересного? Какие-нибудь национальные особенности, кроме внешности и мест обитания?

— Хм. Про них вообще немногое можно сказать, уж очень закрытое сообщество. Мало того, что до них еще добраться надо, они и добравшихся не слишком ласково встречают. Обогреть обогреют, накормят, вылечат, но близко к дому не подпустят. Но это касается только мужчин, — уточнил он. — Женщин принимают с удовольствием, охотно берут в жены. Какая-то у них там ерунда с рождаемостью, не хотят девочки на свет появляться — хоть ты тресни. В результате чудовищный процент, что-то около одной на десять ребят. У северян обидеть женщину — это чуть ли не самое страшное преступление. Правда, матриархатом и не пахнет. Они в общем-то практически исключительно за невестами со своих гор спускаются.

— А кроме семейных отношений ты хоть что-то знаешь? — мрачно спросила я. — Слезь уже с предыдущей темы!

— Не особенно, — пожал плечами Лар. — Они почти не чувствуют перепадов температур, когда температура остается ниже нуля, а вот жару переносят с трудом.