Ну а спустя несколько часов, когда сидеть на одном месте мне уже начало надоедать, где-то на самом краю сознания появилось ощущение чужого внимания. Направленного не на наше укрытие, а на приманку.

— Кажется, рыбка клюнула, — я поднялся на ноги, привлекая внимание Рэм и Ва'йана, которым уже давно надоело ругаться, так что они просто разошлись в разные стороны лагеря. — Северо-восток.

Стая в два десятка тварей появилась в небе и стремительно пикировала вниз, с каждой секундой всё увеличиваясь в размерах. Я уже мог неплохо разглядеть этих монстров. Вытянутая голова с тяжёлым, острым клювом, зелёное тело, покрытое чешуёй, пара мощных птичьих лап, с опасно выглядевшими когтями и мощные кожаные крылья.

У этих тварей — почти полная неуязвимость к мистическим силам Изменённых, а силы и скорости достаточно, чтобы буквально разорвать человека в средней боевой броне.

— Рэм, приготовься. Я прикрою, — глянул на девушку, удостоверившись, что та всё видит и понимает, на всякий случай.

Между тем вся стая стремительно рухнула на землю, аккурат туда, где находилась моя печать. Земля дрогнула, приходя в движение, а уже в следующую секунду там, где находился капкан, ввысь взметнулось чёрное, обжигающее пламя. Для отвара мне нужна была кровь скальника, и достаточно много, а вот на всё остальное плевать — так что чёрное пламя идеально подходило для ловушки.

Само заклинание было как раз предназначено для разрушения существ с большим сопротивлением к стихийной магии. Именно поэтому к пламени примешивался элемент тьмы, который должен был если не мгновенно убить монстров, то смертельно ранить. Что же до третьего контура, который я вплёл в получившийся капкан, то это было банальное ослабление. Да, накачанное магической силой до отказа, но довольно простое по своему исполнению. На большее меня всё равно бы не хватило. В теории плетение должно было сильно ограничивать силы и скорость существ, попавших в диапазон его действия. На практике же… всё было сложно.

Мы рванули вперёд. Рэм — впереди, уже с давно обнажённым клинком, и по правую от неё руку — я, прикрывая и активируя все свои татуировки.

Было бы неплохо и вовсе не участвовать в сражении, но два десятка скальников (пускай и раненых) — это слишком много даже для Изменённой третьей ступени. Да и после этого взрыва мы уже не спрячемся — отвод глаз перестал работать, а скальники нас почти тут же почувствовали. Почему? Буду разбираться позже.

— Мне хватит и одного монстра! — на ходу крикнул я, напоминая.

— Да хватит уже отвлекать, помню я! — отозвалась она и тут же бросилась прямо в кучу монстров.

Скальники в это время бестолково пытались прийти в себя, вылезти из-под оглушённых товарок, хлопали в беспомощности крыльями. Стоял какой-то дикий гвалт из криков и рёва. Монстры буквально орали, оглушая и мешая нормально сфокусироваться на них. Пыль и ор.

Судя по тому, что я успел разглядеть, — моя задумка работала как надо. Тьма посекла тварей, сильно травмируя их, а некоторых даже убив. Жаль только, далеко не всех.

Рывок Рэм был для меня похож на одно сплошное смазанное пятно даже под активированной татуировкой «реакции мангуста» (проклятье, да как она это делает?). Миг, и вот она уже оказалась рядом с неловко поднимающейся птицей и с силой опустила на её шею клинок — самое уязвимое место монстра. Та даже не успела осознать произошедшего, как уже лишилась головы, а наёмница уже скакнула вперёд, превратившись в настоящий вихрь смерти.

Действовала она единственным верным способом, пока скальники были оглушены, резала всё, до чего ей удавалось дотянуться.