— Меня же и отпустили только под обещание что я как бы буду находится под твоим крылом. — Наевшийся и напившийся Дима, довольно щурился, глядя куда-то в пространство.

— Живи. — Кирилл развёл руками. — Меня ты никак не напряжёшь. — Но ты сразу не кидайся лечить и врачевать. Конкуренция тут жёсткая, тебя сразу ткнут в отсутствие лицензии. А это серьёзно. Кстати, — он вопросительно взглянул на товарища. — А ты сейчас насколько хорош в целительстве?

— Чуть не довёл до инфаркта главврача городской больницы. — Дима рассмеялся. — Вылечил как-то за ночь ему всех пациентов. Даже комиссию из Москвы присылали.

— Отлично. — Кирилл вызвал меню связи. — Соединение с Николаем Жизневским.

«Ожидайте»… «Соединяю»

— Алло…

— Добрый день Николай Николаевич, Кирилл Смирнов беспокоит.

— Слушаю Кирилл Петрович. Какие-то проблемы?

— Да, но столь странного характера, что я хотел посоветоваться с главным целителем.

— Э… Я сейчас в Главном Военном Госпитале Бурденко. Сможете подскочить?

— Будем через десять минут.

Военный госпиталь не то место куда можно приехать любому желающему, но для Кирилла дали посадку без звука, и через пятнадцать минут, они сидели в кабинете главы клана целителей, и по совместительству главного целителя Армии, генерал-лейтенанта Николая Жизневского.

— Рад встрече, Кирилл Петрович. — Жизневский пожал руку. — Как самочувствие?

— Вашими же молитвами практически. — Кирилл улыбнулся. — Вот, хочу представить вам моего, можно сказать крестника. Дмитрий Горелов.

Жизневский уже оценивший полыхавший в знакомом Кирилла потенциал как на твёрдую двадцатку, поймал его взгляд и качнул головой на негатоскоп, где висел закреплённый снимок.

— Товарищ Горелов, как вы считаете, что это?

— Это? Дима встал и подошёл к лампе. — Полагаю оскольчатый перелом большеберцовой и малоберцовой кости, и судя по характеру травмы можно предположить огнестрельный перелом. — Он вгляделся в снимок. — Да, виден даже раневой канал.

— Тааак. — Протянул он, чуть прищурясь, и вскочив с кресла, мотнул головой. — А ну пошли!

Пройдя по административному коридору, поднялись на пролёт и попали в палаты хирургического отделения.

— Вот. — Он широко распахнул дверь, и вошёл в палату где стояли две кровати. — Парни вдвоём встали против наркокаравана. Остановили, но и сами попали серьёзно. Что скажете коллега?

Дмитрий подошёл к первому — чернявому мужчине, с пышными усами и начинающей отрастать бородой.

— Такой же оскольчатый перелом с диффузией осколков в мягкие ткани. — Он поднял руки, и те окутались жёлтым сиянием, стекавшим с пальцев на поднятую на растяжках ногу офицера. Воля целителя обезболила участок, и запустила вихрь регенерационных процессов. Осколки частично растворялись организмом, частично выдавливались наружу, сосуды соединялись, а новая мышечная ткань замещала старую.

— Кирилл, сними фиксирующую повязку…

— Сейчас. — Кирилл не касаясь руками, протянул жгутики плотного воздуха превращая плотный пластик в мелкие фрагменты, и наружу показалась нога словно висящая в воздухе. Осколки кости, осыпались с кожи, желтизна стала сменяться розовым цветом.

— Всё. — Дима, поднял голову. — Ещё минут пять, чтобы срослись последние повреждения, ещё несколько минут на автоконтроль и снятие узора обезболивания и нога здорова.

— Высший класс. — Глава клана целителей покачал головой. — Удивили так удивили. А от меня-то вам что нужно, молодые люди?

— Первое — это лицензия целителя.