А так, служба спокойная. Вон, даже прокурорского сотрудника убрали. В городских группах еще есть, а в районных — всё. Нету.

Прервал его мелодичный сигнал из громкоговорителя над дверью.

— Дежурной опергруппе на вылет.

— Оппа. — Удивился капитан. — Никогда такого не было…

— И вот опять. — Закончила фразу девушка — следователь.

Перемещалась группа на просторном аэромобиле «Рубин» Казанского авиазавода. Рубин напоминал располневшего жука с толстеньким тельцем просторного застеклённого салона, чуть выдающегося вперёд моторного отсека, и ходового радара. Рядом, на крыше райотдела, стояли ещё две машины — резервной «Чайки» авиапатруля, и такой-же «Чайки» но изрядно побитой жизнью — разъездного райотдельского транспорта.

Негромко загудев приводами, Рубин оторвался от бетона, и вскарабкавшись на небо, отправился в путь по координатам. Ручное управление на машине скрыто откидной панелью, но рядом находилась щель для пилотского жетона.

Капитан вслух объявил суть дела:

— Гаврилов Константин Семёнович, сорока трёх лет, вернулся к себе домой и открыв дверь обнаружил свою жену, Гаврилову Маргариту Викторовну на полу в луже крови. Сразу же вызвал скорую, но медики констатировали смерть женщины от удара тупым твёрдым предметом.

Машина села во дворе, образованном тремя девятиэтажками социальных домов. У подъезда уже стояла толпа зевак, обсуждавших невиданное происшествие, а опергруппа поднялась на второй этаж и вошла в квартиру.

— Всё вытоптали уже. — Негромко чертыхнулась Нина Владимировна и чуть повысила голос.

— Всем выйти из квартиры. — И обращаясь к старшему медгруппы. — А для вас, товарищ врач, инструкции не писаны? Зачем вы натоптали в комнате?

— Мы… Начал было медик, но был оборван криминалистом.

— Мною будет подан рапорт по команде. Идите.

Кирилл просочился через прихожую, где большей частью находился труп, в комнату, и оглянулся. Квартирка выглядела небогатой, но чистой. Видно что хозяйка тщательно следила за домом. Негромко гудел кондиционер, гоняя тяжёлый, пахнущий кровью воздух по комнате, что-то бубнил телевизор, а за закрытым окном, стояло яркая московская весна.

Кирилл подошёл ближе и внимательно осмотрев окно, чему-то усмехнулся и повернулся к капитану.

— Хорт?

— Секунду. — Старший оперативник закончил разговор с экспертом, подошёл ближе. — Есть что-то?

— Окно в зале, не открыть не закрыв форточку. Створка форточки, ограниченная специальным устройством, упрётся в откос. Значит нужно закрыть форточку и открыть окно. Но когда мы зашли, она была закрыта. Что нехарактерно для душноватой комнаты. Думаю, окно открыли чтобы что-то выкинуть, а после закрыли. А про форточку просто забыли.

Опер на секунду задумался, пожевав губами.

— Давай.

— Есть.

Кирилл словно гуляя спустился вниз, и не обращая внимания на людей, обогнул дом, и найдя нужное место, подошёл ближе к густым зарослям, с обратной стороны дома. Здесь когда-то выращивали что-то декоративное, но со временем палисадники превратились в настоящие джунгли.

Запах крови, даже на фоне городской вони, чувствовался прекрасно, и Кирилл мгновенно нашёл молоток, с металлической ручкой, и по внутреннему чату вызвал эксперта — криминалиста.