Габриель знал виллу как свои пять пальцев. Во время предварительной операции по изучению объекта он наблюдал за ней и фотографировал ее под всевозможными углами и с различных направлений. После этого в пустыне Негев была построена точная копия этой виллы, где Габриель и его товарищи проходили тренировки, отрабатывая необходимые для штурма навыки. Во время заключительной тренировки на проникновение в здание у них ушло всего двадцать две секунды.

— Прибыли к дому матери, — произнес Габриель в микрофон.

— Можете нанести матери визит.

Габриель повернулся к сидевшим в «фольксвагене» людям и скомандовал:

— Пошли.

Он открыл дверцу микроавтобуса и пересек улицу, не переходя на бег, двигаясь быстрым размеренным шагом. У себя за спиной он слышал слаженную, негромкую поступь бойцов из группы особого назначения «Сайарет». Габриель несколько раз глубоко вдохнул и выдохнул, чтобы привести пульс в норму. Вилла принадлежала Халилю эль-Вазиру, более известному под именем Абу-Джихад. Он являлся главой оперативного отдела Фронта освобождения Палестины и одним из самых доверенных офицеров Ясира Арафата.

Неподалеку от входа на виллу стоял принадлежавший Абу-Джихаду «мерседес», подаренный ему Арафатом. За рулем машины клевал носом водитель. Габриель приставил к уху шофера оснащенный глушителем ствол «беретты», нажал на спуск и продолжил движение.

У входа Габриель остановился, пропуская вперед двух коммандос, которые прикрепили к тяжелой двери полоску беззвучной пластиковой взрывчатки. Прозвучал взрыв, напоминавший хлопок в ладоши, после чего дверь распахнулась. Габриель, держа «беретту» наготове, ворвался со своими людьми в холл.

Выскочил охранник-тунисец. Пока он доставал и взводил свое оружие, Габриель успел дважды выстрелить ему в грудь.

Стоя над умирающим человеком, Габриель произнес:

— Скажи мне, где он, и я не стану стрелять тебе в глаза.

Но охранник только морщился от боли и хранил молчание.

Габриель дважды выстрелил ему в лицо.

Потом он стал подниматься по лестнице, на ходу вставляя в рукоять «беретты» новый магазин. Одолев лестницу, он направился по коридору к двери кабинета, где Абу-Джихад проводил за работой большую часть дня. Высадив дверь, коммандос ворвались в кабинет. Палестинец сидел в кресле перед телевизором и смотрел новости, где рассказывалось о ходе интифады, развитием которой он руководил из Туниса. Увидев спецназовцев, Абу-Джихад потянулся к пистолету. Габриель в броске, как учил его Шамрон, открыл огонь. Две пули поразили Абу-Джихада в грудь. Габриель, нависая над раненым, приставил ему к виску пистолет и еще два раза нажал на спуск. Тело палестинца стало содрогаться в смертных конвульсиях.

Коммандос выскочили из кабинета и помчались вниз по лестнице. В холле стояла жена Абу-Джихада, держа на руках маленького сына и прижимая к себе дочь-подростка. Увидев Габриеля и его людей, она в ожидании скорой смерти закрыла глаза и еще крепче прижала к себе ребенка.

— Возвращайся к себе в комнату! — крикнул Габриель по-арабски. Потом повернулся к девочке-подростку и добавил: — Позаботься о матери.

Выбежав из дома, Габриель и его люди устремились к парковочной площадке. Чтобы пересечь улицу, забраться в микроавтобусы и отъехать от виллы, им потребовалось не более полуминуты. Они мчались по улицам пригорода Сиди-Буссад, держа путь к Руаду. Там они бросили на пляже свои машины и перебрались в надувные лодки. Через несколько минут лодки, разрезая носами черные волны Средиземного моря, уже двигались в сторону сигнальных огней дожидавшегося их израильского патрульного судна.