— Ну, так что там сложного? Коль дымит — проблема с дымоходом. А она откуда? Если прежде не было, значит, сажа. Вычистить — и все дела.

— Про дрова знаешь…

— Дача у меня с печкой была, много лет ее топил. Раз почистив дымоход, плюнул на такое счастье. Люди подсказали: не топи елкой и сосной, чередуй с ольхой или осиной. Десять лет затем не чистил — не было нужды.

— Как ты много знаешь! — пригорюнился Федор. — Не чета мне.

— Ну, так жизнь прожил. Слышал поговорку: «Если б молодость знала, если б старость могла»? Есть возможность ее изменить. Слушайся меня, и мы прорвемся. D'accord?

— Уи, — ответил Федор и уснул.

Глава 4

Утро началось с неожиданного визита. Федор встал, умылся, попил чаю с булками, почистил зубы и сел за книги. И тут в дверь постучали.

— Войдите! — сказал Федор, удивившись.

Дверь распахнулась, и в комнату шагнул полицейский. Был он росл, широкоплеч и носил пышные усы.

— Доброго здоровьичка! — сказал гость, подходя к столу. — Городовой среднего оклада Коновалов. Прибыл познакомиться с новым обитателем моего участка. Вы позволите? — он указал на стул.

— Присаживайтесь, — кивнул Федор. — Как вас звать, господин городовой?

— Никанор Кузьмич.

— А меня Федор Иванович.

— Это нам известно, — городовой достал из кармана и положил на стол паспорт Кошкина. — Решил отнести, заодно и познакомиться. Положено, знаете ли, проживающих на участке знать. Служба такая.

— Понимаю, — вновь кивнул Федор.

Полицейский как-то укоризненно глянул на него — будто ждал чего другого.

— Для какой цели прибыли в Тулу? — спросил, переходя на официальный тон.

— Поступить на оружейный завод.

— В качестве кого?

— Токарь я.

— Мастеровые в таких домах не живут, — покачал головой Коновалов. — И как только госпожа Хвостова вам квартиру сдала?

— Вам известно, Никанор Кузьмич, сколько получает токарь высшей квалификации?

— Ну… — задумался полицейский. — На моем участке мастеровых не проживает, точно не скажу. Рублев пятьдесят, наверное.

— А сто двадцать не хотите?

— Да не может быть! — изумился Коновалов. — Это ж больше, чем у околоточного надзирателя.

— Может, Никанор Кузьмич, — хмыкнул Федор. — А теперь вопрос. Почему я с таким жалованьем не могу жить в доме госпожи советницы?

— Жалованья у вас пока нет, — поднял палец кверху Коновалов.

— Будет, — заверил Федор.

Полицейский не нашелся, что сказать, и скользнул взглядом по столу. Зацепился им за стопку книг.

— Что читаете?

— Можете взглянуть.

Полицейский подтащил стопку к себе и стал брать книги одну за другой.

— «Обработка металлов резанием», — забормотал, читая названия. — «Стали и их свойства», «Станки и инструменты для обработки металла» … Для чего вам это, господин Кошкин? Если вы и так добрый мастеровой?

— Чтобы получить сто двадцать рублей. Вот приду я на завод, где меня не знают. Непременно захотят испытать. Спросит меня мастер: «Какую инструментальную сталь нужно взять для резца по стали? А для чугуна? Какие обороты шпинделя нужно установить для этих материалов?» Не отвечу, скажут, что хреновый из меня токарь.