Впрочем, это было недалеко от истины. Корапт многие пожившие жизнь маги описывают как объятия сколопендры. В старых учебниках даже имеются схемки, где нарисовано человеческое сердце, оплетенное гигантской черной многоножкой со жвалами, вполне способными перекусить металлический прут. И вот эти самые жвала пережимают аорту, готовясь в миг оборвать жизнь того, кто уже пересек незримую черту между миром живых и миром сорвавшихся.

— Вот же… срань… — захрипев, я схватился за грудь и осел в сердце.

Студенты даже не сразу поняли, что прошло, а я лишь прикрыл глаза, чтобы не видеть появившиеся солнечные круги перед глазами. Я даже уже начал мысленно прощаться с жизнью. Вот он, предел, подохнуть в тридцать пять. Ага, размечтался.

Вопреки ожиданиям, никаких там ангелов, архангелов, ворот рая и прочего не было. Хотя, мне от чего-то вспомнился старый бородатый анекдот. Умирают равин, имам, буддист и епископ. Спорят, куда же они теперь попадут. Видят, лестница в небесах, поднимаются по ней все вчетвером, епископ уже ручки потирает, мол, наша вера правая. Ворота открываются и к ним радостно выходит мужик с топором и говорит: «Добро пожаловать в Валгаллу».

Я же до ворот да же не дошел. Судя по всему, меня развернули где-то на трети пути. Да еще и болезненно так.

— О, очнулся, — раздался знакомый голос рядом. — Ты че, падла, на покой уже захотел?

Попытка ответить на шутку не удалась, судя по всему, в горло введена какая-то трубка, видать, чтобы я не задохнулся от западания языка. Тоже правильно с одной стороны, а с другой, ощущение, словно меня орально изнасиловали. Хорошо хоть назально ничего ставить не стали, а то видел я такие прецеденты, когда бойцу в сознания добродушный медик пихал воздуховод в нос.

— Не рыпайся, Гекс, — Химик довольно скалился, глядя на меня сверху вниз. Судя по обстановочке, находился я в каком-то местном медицинском учреждении, причем не в палате, а в коридоре. Поскольку было видно лишь две стены и те слишком близко друг к другу. Да и вряд ли в палатах такие жесткие кровати, больше похоже, что меня на каталке кинули в одном из проходов, поскольку попросту не знали, что со мною делать. А ведь я, между прочим, граф…

— Вот так лучше, — старый друг выудил наконец из моего рта злосчастную оранжевую трубку, и я смог сглотнуть. Привкус резины так себе. Наверное, что-то подобное ощущают проститутки после глубокого горлового минета с резинкой. Мда, соболезную в таком случае работницам столь древней профессии. Эдакую дрянь еще научиться терпеть надо.

Я хотел было высказать Дэнису все что я о нем думаю, но вместо этого от меня прозвучало лишь слабое мычание. Эка меня сейчас поносило. Интересно, а сколько времени с момента моей отключки вообще прошло? Видя мой взгляд, скачущий по стенам в поисках настенных часов, Зиверт рассмеялся.

— Две недели, — он по-дружески похлопал меня по плечу. — Гекс. Ты лежишь тут уже две недели. Сердечный приступ, потеря сознания, думали, что вообще помрешь на койке, но нет, вполне молодцом, держишься… Тут к тебе кто только не приходил. И учительницы молоденькие, и школьницы. Я так понимаю, что ты уже успел обзавестись кучей интересных знакомств?

Он с издевкой на меня посмотрелся. Этот старый жучара явно уже пробил всю мою подноготную и изучил что, с кем и когда я делал.