Все кровати дружно заскрипели, и несколько голосов воскликнули:

— Судьбы!

Женщина словно бы извлекала злорадное удовольствие из впечатления, которое произвели ее слова.

— Да, Судьбы! Мы с Ордуром авайлграты.

— Скажи, что привело вас сюда! — Лицо Возиона, остренькая мордочка хорька, было в тени, так как он стоял спиной к дверному проему, но Гвин заподозрила, что его угрожающая улыбка прячет страх. Никогда прежде в долине меченых не было, а теперь их сошлось там шестеро.

В голосе Джасбур появилась жалобная хнычущая нота.

— Нас с Ордуром послали из Рарагаша искать тех, кто выздоровел от звездной немочи. Наши поиски были напрасными, пока два дня назад мы не добрались до Черной Бухты. Там укрылись шестеро меченых, и их положение отчаянное.

— Переходи к делу, — сказал Булрион. — Мы-то здесь при чем?

По безобразному лицу Джасбур расползлись складки и складочки, образуя подобие улыбки.

— У вас же уже есть ивилгратка, ведь так? В Далинге был разговор, что вы думаете приютить и джоолгратку. И разве я не вижу вон там Тибала Фрайнита?

— Тибал, ты знаешь этих двоих?

— Я не помню собственной матери, Булрион-садж, а авайлграта не способен узнать никто. — Шуулграт обернулся к Джасбур: — Кто сидит на седьмом сиденье?

— Смерть.

— Она из Рарагаша, — сказал Тибал. — Тут сомнений нет.

Булрион насупился, как обычно, когда сталкивался с чем-то непонятным.

— Так чего вы просите у нас?

Джасбур заломила руки.

— Самое меньшее, садж, немного еды и одежды, чтобы мы отнесли их детям. Я знаю, зарданцы не поклоняются богам, но я знаю, у вас в обычае не оставлять без помощи сирых и убогих, правда?

— Правда, — согласился Булрион, торжественно кивая.

— И не просто избавляя от голодной смерти? Мы нашли шестерых несчастных людей. Быть помеченным Проклятием — это гибель! Чтобы как-то приспособиться, нужны месяцы, а то и годы, если это вообще возможно. Эти бедняги изнурены голодом, и у них нет друзей. Насколько мне известно, зарданцы почитают меченых, правда?

— Правда, — снова сказал Булрион.

— У нас есть немного денег, — услужливо предложил Ордур.

— Да замолчи же, дубина стоеросовая! — взвизгнула Джасбур. — Предоставь это мне. Булрион-садж, я полагаю, ты пошлешь ваших меченых в Рарагаш, где им помогут. Так дозволено ли попросить, чтобы ты разрешил этим несчастным отправиться с ними?

Хитро и ловко, подумала Гвин. Она перехватила взгляд Тибала и увидела в его глазах отражение собственной саркастической усмешки. Все ждали, что ответит патриарх.

Он сказал «хм» и расчесал пальцами бороду.

— Верно, мы с женой собирались поехать в ту сторону для нашего, как бишь его... медового месяца. Вроде бы до Рарагаша всего две недели пути на хорошей лошади.

— Скорее еще меньше, садж!

— Ну, я думаю, что от еще полдесятка людей вреда не будет.

Джасбур растянула губы в жутковатой улыбке облегчения и начала рассыпаться в благодарностях, но ее перебил новый неожиданный голос:

— Прости меня, садж, — сказал Раксал Раддаит, — но полдесятка могут составить большую разницу. Ты, твоя жена и четверо меченых...

— И я! — крикнул Полион.

— Это уже семеро. Скольких сопровождающих думаешь ты взять?

— Пятерых.

— Итого двенадцать. Еще шестеро из Черной Бухты да эти два авайлграта — это уже отряд в двадцать человек.

— Чем больше, тем безопаснее, — упрямо сказал Булрион.