«Ну и что с того? Все равно я стану убийцей. Как это совместить с порядочностью?»

"Тебе придется убить множество людей, которые заслуживают этого гораздо меньше, чем Гексцион Гараб. Но ты сделаешь это, чтобы спасти жизни тысяч. Ты — поулграт, ты — смерч, которому приходится причинять зло, чтобы творить добро. Это — твое проклятие. Лес рубят, - задумчиво добавил Голос, — щепки летят".

«А что, если у Васлара и Хитама ничего не выйдет ? От них ни слуху ни духу, а они выехали из Рарагаша вместе с нами».

Голос раздраженно выругался. Услышать это, правда, могла одна Гвин, да и то она не была уверена, что расслышала правильно.

"На войне самое худшее — ожидание, и ты это отлично знаешь. Рано или поздно тебе придется научиться терпению. Так начинай прямо сейчас".

Месяц назад Гвин была хозяйкой гостиницы в Далинге. А теперь вмешивается в международную политику, решает судьбы монархов и народов и собирается обагрить свои руки королевской кровью. Жизнь, конечно, стала много интереснее, но толкает ее на поступки, которые противоречат ее представлениям о порядочности.

Пар А-Сиур, сидевшая справа от короля, заерзала на стуле. Видимо, устала сидеть неподвижно. Ее стул был гораздо ниже кресла, в котором сидел ее пациент, и у нее, наверно, затекла рука. Несмотря на свой преклонный возраст, Пар настояла на том, чтобы приехать в Чан-Сан. Гвин была рада взять ее с собой: старуха знала о целительных способностях ивилгратов больше, чем кто-либо другой. Вообще в Чан-Сан приехал весь Совет, за исключением Лабранцы.

Слева от короля сидела Ниад. Хотя она только начала курс обучения, Гвин взяла ее с собой, памятуя об исцелении Соджим: целительные способности Ниад явно возрастают под влиянием поулграта. А кто вылечит короля — одна Ниад или Пар и Ниад вместе, — не имело значения. Очень может быть, что он и сам бы теперь выздоровел: ведь яд больше не поступает ему в организм. Главное, что монарх выздоравливает и государство опять прочно стоит на ногах. Вунг Тан открыл глаза и улыбнулся Пар:

— Может, сделаем перерыв?

— Как угодно вашему величеству.

— У больного короля не так-то много величия, Пар-садж. Распорядитель!

Целительницы встали на ноги. Слуга поднес королю бокал с фруктовым соком, доктора помогли ему сесть повыше. «Где же Булрион?» — подумала Гвин. Наверно, наблюдает за стрельбой из лука. Все Тарны увлечены знаменитыми нурцийскими луками.

Вунг отмахнулся от канцлера с неизбежной пачкой требующих подписи бумаг.

— Давайте вознесем, согласно обычаю, благодарность всемогущей целительнице Ивиль. — Голос короля был слабый и негромкий — под стать его внешнему облику. Но при необходимости он мог звучать достаточно властно. — Госпожа Председательница, не окажешь ли мне честь отвезти меня в святилище Утренней Звезды?

Гвин была удивлена такой просьбой. Но нельзя же отказать королю! Придворные с недовольным видом расступились, чтобы она могла подойти к передвижному трону короля сзади. Катить его оказалось совсем нетрудно, хотя колеса погромыхивали по мощеному двору. Они поехали по дорожке, затененной цветущими лианами.

— Ты слышала новость, Гвин? — спросил король. Теперь она поняла, что их головы оказались на одном уровне и им предоставилась редкая возможность для конфиденциальной беседы. — Карпанцев остановили у реки Джед.

—Замечательно!

— Это зависит от точки зрения, — сухо заметил король. — Теперь они повернут на восток и пойдут в обход озера Осмир. Моктийцам это не понравится.

— Но все же победа есть победа. Вунг вздохнул:

— Разумеется, мы объявим это победой. На самом-то деле наш гарнизон всего-навсего сопротивлялся передовым отрядам, пока мы не успели разрушить мост.