—Он же племянник правителя Далинга! Если ты ищешь врагов в это твое неспокойное время, зачем приглашать в долину муолграта?

— Зарданцы...

— Перестань ссылаться на наших предков! В те дни они жили небольшими племенами далеко друг от друга. Вспышки звездной немочи тут же обнаруживались, ей не давали распространиться, и меченые были большой редкостью. Далинг — большой город. Заболели сотни и сотни, и вот теперь нам надо разобраться по меньшей мере с тремя мечеными. Кто нас поразил? Кто стоит за этим?

— Почему ты говоришь «кто»? Наши жребии определяют сами Судьбы.

— Судьбы могут воздействовать через людей, делая их своим орудием.

— И почему ты сказал «по меньшей мере с тремя»?

— Кто тут ивилграт? — негромко спросил пастырь.

— Кто? — Булрион поискал взглядом Ниад Билит и увидел, что она стоит позади других, глядя на происходящее большими испуганными глазами. Полион обнимал ее за талию. Ну, эти двое к бунту не причастны! — На что ты намекаешь, сын?

— Дети Гвин Солит умерли от звездной немочи, — сказал Возион. — Умирали сотни людей, в городе царила паника. Но Гвин Солит устроила в своей гостинице лазарет для заболевших и сама их выхаживала. Очень неразумный поступок, не так ли?

— Она смелая и сострадательная женщина.

— Сострадательная — да. Но, возможно, смелость ей была не нужна. Что, если она заразилась вместе со своими детьми, а потом выздоровела, а они нет?

Булрион почувствовал, как напряглась Гвин, видимо, собираясь заговорить.

— Погоди! — сказал он. — Клюнем не раньше, чем увидим всего червяка. К чему ты клонишь?

Возион повернулся и поманил Ниад:

— Подойди сюда, дитя.

Она робко подошла, а Полион воинственно шагал рядом, продолжая ее обнимать. Остальные расступились, пропуская их. Пастырь улыбнулся ей, но такая улыбка не могла успокоить испуганную девочку.

— Когда ты исцеляешь людей, Ниад, ты что-нибудь чувствуешь?

— Чувствую, садж?

— Да, чувствуешь! — повторил он резко. — Ты способна ощущать воздействие твоей силы?

Она покачала головой, и два пучка золотых волос захлопали, точно огромные уши.

— Так откуда ты знаешь, что ты ивилгратка?

Огромные синие испуганные глаза воззвали к Гвин. Ответил Полион:

— Кухарка в гостинице порезала руку, и Ниад...

— Я хочу услышать это от нее! — с досадой перебил Возион. — Когда ты исцелила этот порез, Гвин-садж была там?

Ниад молча кивнула.

— Она присутствовала, когда ты исцеляла моего отца? И других, пострадавших в драке? Дитя, исцелила ли ты хоть одного человека, когда при этом не присутствовала Гвин-садж?

— Чушь! — загремел Булрион.

Его сын ответил ему предостерегающей гримасой, и Булрион с удивлением понял, что под настойчивостью пастыря прячется подлинный страх. А если Возион настолько напуган, что должны чувствовать остальные?

— Так ли, отец? Когда человек, тащивший Солит, упал мертвым, кто был ближе всего к нему?

Разумеется, сама Гвин...

— Но если целительница она, то... — Нет, это неправда. Если Ниад творила свои чудеса, не сознавая как, то действительно творить их могла Гвин, точно так же ничего не сознавая. Или она знала и лгала им всем? Такому о ней Булрион поверить не мог. Но остальные могли.

— Могу теперь ответить я сама? — негромко сказала Гвин.

Он покосился на нее. Ее лицо было мрачным, но без малейших признаков страха.