— На свое сорокалетие я уж точно буду чувствовать себя куда более счастливой, чем когда мне исполнилось тридцать! — воскликнула Сильвия.

Они с Майком были женаты уже шесть месяцев, и доктор только что подтвердил ее подозрения насчет беременности. Сильвия тотчас примчалась в магазин, чтобы поделиться этой радостной новостью с подругой.

— А Майк уже знает?

— Он на седьмом небе от счастья. Он второй раз женится на женщине с двумя детьми, а собственных ребятишек так и не завел. Мы попытаемся сделать еще одного ребеночка, пока я не слишком стара для этого. В моей карточке доктор сделал приписку — что-то вроде «старородящая».

Прошло много времени с тех пор, как Майк и Сильвия познакомились, но теперь уже никто не сомневался в том, что они нашли настоящую любовь.

— Я представляю себе, как мы стареем вместе, Энни, — доверительным тоном сказала Сильвия. — С Эриком я никогда не задумывалась о будущем. — Стремление вести бурную светскую жизнь наконец прошло. Они с Майком практически никуда не выходили, предпочитая смотреть телевизор и разговаривать друг с другом. — И знаешь, я вдруг обнаружила, что приготовление пищи доставляет мне огромное удовольствие.

— Когда у тебя появится ребенок, мой упорхнет из родного гнезда, — вздохнула Энни.

Сару приняли в Эссекский университет в Колчестере, и она должна была уехать в октябре.

— К тому времени как моей будущей крохе не будет сидеться на месте, мой возраст приблизится к шестидесятилетнему рубежу. — Сильвия легонько похлопала себя по животу.

— Да, но у тебя останется Майк!

— Верно, у меня останется мой драгоценный Майк.

Воцарилась тишина, а потом Сильвия мягко сказала:

— Мне так не нравится, что ты расстроена, Энни.

— Это все твоя вина — не нужно было рассказывать мне о ребенке, — улыбнулась Энни. — Я даже представить себе не могла, что у тебя будет больше детей, чем у меня.

— Но ведь еще не поздно. Почему бы тебе не выйти замуж за Криса и не завести новую семью?

— Это было бы слишком просто.

Сильвия пожала плечами.

— Нельзя же отказываться от чего-либо лишь потому, что это кажется слишком простым.

— Это было бы равносильно тому, что я решила просто плыть по течению. То есть я хочу сказать, — тут Энни вытянула перед собой руки, повернув их ладонями вверх, так, словно что-то взвешивала, — если сравнивать Криса с Майком…

— Усекла. — Сильвия понимающе кивнула.

В первое воскресенье октября — день, наступления которого Энни страшилась много месяцев, она повезла дочь в Колчестер. Машина была забита вещами Сары: проигрывателем, любимой куклой, учебниками и одеждой.

— Я купила тебе новый комплект полотенец, двенадцать пар трусиков-танга, которые ты носишь, а еще консервы, которых хватит на несколько недель.

— Хорошо, мама.

— Если вдруг захочешь провести выходные дома, позвони, и я немедленно приеду за тобой. Барбара присмотрит за магазином в мое отсутствие.

Сара кивнула, но ее лицо было бледным как полотно. Во время поездки она не произнесла ни слова. Энни же без умолку болтала, желая хоть как-то отвлечься от мыслей о разлуке, которая с каждой милей становилась все ближе.

Они доехали до университетского общежития, переполненного молодыми людьми и их родителями. Казалось, потребовалась целая вечность, чтобы перенести вещи Сары из машины в ее пустую серую комнату на пятом этаже высотного дома, расположенного на территории университетского городка.