— Жаль, что мы с Мари не остались у вас в Бутле, — вздохнув, сказала она.

— И мне тоже, милая! Как же мне жаль! — Дот легонько похлопала племянницу по спине. — Это все из-за отца Мэлони. Он пришел как раз в тот момент, когда я готовила ужин. Если бы только я не сожгла тогда заварной крем и не вышла из себя!..

— Ты разбила чашку о стену, помнишь?

— Помню. А ведь это была чашка из моего лучшего чайного сервиза. Я сказала то, чего на самом деле не думала, и из-за этого твой отец заупрямился.

— Ваш дом все равно был тесноват для всех нас, а с тех пор как мы съехали, ты родила еще трех мальчиков. — Энни выскользнула из объятий тетушки, чтобы поставить на плиту чайник.

— Мы могли бы попросить домовладельца предоставить нам более просторное жилье. Вообще-то мы с Бертом именно это и собирались сделать, — неожиданно сказала Дот. — А вместо этого я устроила настоящий скандал, так ведь?

«Такая, казалось бы, незначительная вещь, несколько неосторожных слов, и вся наша жизнь внезапно изменилась», — подумала Энни.

— Ну да ничего! — сказала Дот, похлопав племянницу по плечу. — Где-то в глубине души Кен высокого мнения о своих прелестных девочках. Кто знает, какими бы вы стали, если бы остались у нас с Бертом. — Она отрезала ломтик сала и зажгла конфорку. — Я предоставляю тебе закончить приготовление этих сосисок, Энни. А я, пожалуй, пойду. И еще, в кладовой лежит мороженое-сэндвич.

— Спасибо, тетушка Дот.

Тут вошла Мари и, увидев сосиски, шипящие на сковородке, сказала:

— Мне кажется, что отец в последнее время вообще не ужинает. Он выбрасывает все в мусорное ведро.

Энни с удивлением взглянула на сестру.

— Я этого не заметила!

— Но тебя ведь никогда не бывает дома, не так ли? — сказала Мари, и в ее голосе послышался упрек. — Ты просто ставишь на стол его порцию, а затем пулей вылетаешь из дома.

— Отец еще не был у доктора? — спросила Дот.

— Не знаю, — виновато ответила Энни.

Дот, вспыхнув, сердито сказала:

— Не ты должна беспокоиться об отце, Энни! — Ее голос зазвучал так громко, что его было слышно на улице, не говоря уже о комнате, где сидела их мать, которой в первую очередь и были адресованы эти слова. — Мы все знаем, чья это обязанность. Наш Кен может умереть раньше времени, однако кое-кому на это просто наплевать.

— Я иду в туалет, — резко сказала Энни.

Это было слишком: папа болен, Мари слоняется с несчастным видом, а мама, или кто-то там еще, очень похожий на нее, ходит в кино.

— Пока, Энни! — спустя какое-то время крикнула Дот. — Я поставила картофель и сосиски на медленный огонь.

Вернувшись, Энни обнаружила, что сестра сидит на кровати с угрюмым выражением лица.

— Дот тебе сказала? — спросила Мари.

— О чем?

— О том, что в этом году мы не сможем пойти к ним в гости на рождественский ужин, потому что они уезжают к Томми. Что же мы будем делать целый день, Энни?

Сердце Энни опустилось. Самым ярким событием во время праздников всегда была веселая, несколько беспорядочная трапеза у Дот. Как только Сильвия об этом узнает, она, конечно же, пригласит ее к себе в отель «Гранд», но как оставить Мари одну на Рождество?

— Что нам еще остается делать, — терпеливо сказала Энни, — кроме как организовать свой собственный рождественский ужин? У нас есть гирлянды, и сейчас самое время украсить ими наш дом.