— Счастливее? Но мне казалось, что вы были вполне счастливы на этой должности. Мы получали хвалебные отзывы о вашей работе от мистера Руперта. Даже мистер Грейсон не раз выражал удовольствие по поводу того, насколько успешно вы справляетесь со своими обязанностями.

— Я люблю свою работу, но… — Энни замешкалась, не зная, как лучше объяснить этой женщине, что сделал ее босс.

— Но что, мисс Харрисон?

— Мы с мистером Рупертом уже не ладим, как прежде.

Теперь угрюмый вид мисс Хунт сменился удивлением.

— Вы что, плакали? Ваши глаза покраснели от слез. — Она уже больше не казалась раздраженной.

Энни кивнула.

— Садитесь, мисс Харрисон, и расскажите мне об этом. — Мисс Хунт пододвинула ей стул. — У мистера Грейсона посетительница, так что нам никто не помешает.

— Мне ужасно стыдно об этом говорить.

— Меня не так-то легко смутить.

Энни объяснила ситуацию с судебным приказом.

— Он произнес «Карр». Я даже могу показать свою записную книжку. Мне ни за что не справиться с этим приказом к пяти часам.

— В таком случае, — живо сказала мисс Хунт, — мы привлечем к работе весь машинописный отдел. Но с какой это стати мистеру Руперту вести себя столь гнусно?

Энни набрала в легкие воздуха и сказала:

— Я влепила ему пощечину. Он… ну, слишком распускал руки. Я больше не могла этого терпеть. Он… он сделал нечто ужасное, и я не смогла сдержаться и ударила его со всего размаху.

С лица мисс Хунт исчезли всякие эмоции.

— И как долго мистер Руперт ведет себя подобным образом?

Энни пожала плечами.

— С тех пор как я начала у него работать. О, знаю, вы скажете, что мне следовало рассказать об этом раньше, но я очень боялась потерять работу.

— Ясно, — сказала мисс Хунт, поджав желтые губы.

Было слышно, как в соседней комнате мистер Грейсон провожает клиентку, женщину с приятным раскатистым смехом. Энни ей даже позавидовала. Ведь сама она чувствовала себя настолько несчастной, что была убеждена, что больше никогда не сможет смеяться.

Мистер Грейсон вернулся в кабинет и нажал на кнопку, вызывая секретаршу.

— Пойдемте со мной, мисс Харрисон. Я хотела бы, чтобы вы повторили мистеру Грейсону то, что рассказали мне.

Энни ахнула.

— Но я вообще-то не могу…

— Боюсь, что придется. Пойдемте же.

Мистер Грейсон слегка удивился, увидев их вдвоем.

— Мисс Харрисон нужно кое-что вам рассказать, — заявила мисс Хунт.

Во время ее сбивчивого объяснения мистер Грейсон мрачно смотрел на пресс-папье, так ни разу и не взглянув на Энни.

— Благодарю вас, мисс Харрисон, — вежливо произнес он, когда она закончила.

Мисс Хунт кивнула на дверь.

— И не забудьте о судебном приказе, — сказала она.

Отнеся его в машинописное бюро, Энни возвратилась в свою комнату. Через несколько минут в кабинете у Джереми Руперта зазвонил телефон, и она услышала, как он сказал: «Да, сэр, сию же минуту» и немедленно пошел вниз.

Единственным человеком, которого он называл «сэр», был мистер Грейсон. Энни пыталась приступить к работе, но продолжала делать ошибку за ошибкой, и корзина для использованных бумаг все больше и больше наполнялась скомканными бланками.

Прошел целый час, прежде чем ее босс вернулся на свое рабочее место. Сквозь толстое стекло Энни увидела, как он сел за письменный стол и обхватил голову руками.

А вскоре после этого из машинописного отдела пришла девушка и принесла судебный приказ.