Он сказал:

— Вы не объясните мне, господа, как дойти до городской библиотеки?

Более высокий из двух, чья цилиндрическая шляпа удлиняла его рост почти до нелепости, сказал — но не Эндрю, а второму:

— Это робот.

У второго был толстый нос и опухшие веки. Он сказал — не Эндрю, а первому:

— На нем одежда.

Высокий щелкнул пальцами.

— Это свободный робот! У Чарни есть робот, который никому не принадлежит. А то зачем бы он оделся?

— Спроси его, — сказал Толстоносый.

— Ты робот Чарни? — спросил Высокий.

— Я Эндрю Мартин, — ответил Эндрю.

— Очень хорошо. Снимай одежду. Роботы не носят одежды. — Он сказал второму. — Просто тошнит. Ты посмотри на него!

Эндрю колебался. Он так давно не слышал распоряжений в таком тоне, что контур Второго Закона сработал не сразу.

Высокий сказал:

— Снимай одежду. Я тебе приказываю.

Эндрю начал медленно снимать ее.

— Бросай на землю! — сказал Высокий.

— Но раз он никому не принадлежит, — сказал Толстоносый, — так он наш.

— В любом случае, — сказал Высокий, — мы можем с ним делать, что хотим. Кто попробует возражать? Мы же не портим чужую собственность. Встань на голову! — Последние слова были обращены к Эндрю.

— Голова не предназначена… — начал Эндрю.

— Это приказ. Не умеешь, так попробуй по-всякому.

Эндрю опять заколебался. Потом уперся головой в землю, попробовал задрать ноги и неуклюже упал.

Высокий сказал:

— Вот и лежи так. — А потом сказал Толстоносому: — Его можно разобрать! Ты когда-нибудь разбирал роботов?

— А он дастся?

— Как он может нам помешать?

Стоило им приказать в достаточно категоричной форме, и помешать им Эндрю не мог никак. Второй Закон подчинения превалировал над Третьим Законом самосохранения. В любом случае он не сумел бы защититься, не причинив им вреда, а это было бы нарушением Первого Закона. При этой мысли каждый подвижный элемент слегка сжался, и по его распростертому телу пробежала дрожь.

Высокий подошел и толкнул его ногой.

— А он тяжелый! Без инструментов не обойтись.

Толстоносый сказал:

— Так прикажем ему самому себя разобрать. Пыжиться будет — обхохочешься!

— Правильно, — одобрительно сказал Высокий. — Только уберем его подальше от дороги. А то пойдет кто-нибудь мимо…

Но он опоздал: по дороге уже шел кто-то. И это был Джордж. Эндрю с земли было видно, как он поднялся на пригорок на некотором расстоянии от них. Он хотел бы подать Джорджу знак, но последний приказ был — «лежи так!».

Джордж подбежал к ним, запыхавшись. Молодые люди попятились, выжидающе глядя на него.

Джордж спросил с тревогой:

— Эндрю, что-то не так?

Эндрю ответил:

— Я в нормальном состоянии, Джордж.

— Тогда встань… Что с твоей одеждой?

Высокий молодой человек сказал:

— Это твой робот, мальчик?

Джордж резко обернулся.

— Он ничей робот. Что, собственно, здесь происходит?

— Мы вежливо попросили его раздеться.