Перри, за спиной у Стюарта, смотрел на монитор, направленный на тушу кита. Одна из акул вцепилась в раскисшие от воды останки и остервенело рвала куски мяса.

– Стю, снимай все подряд. Возможно, нам удастся уговорить ее убраться отсюда подобру-поздорову до появления мега.

Хотя особой уверенности в этом у Перри не было.

В восьми милях к северу от Санта-Круз

Они следовали вдоль береговой линии севернее Биг-Сур, вертолет летел над отвесными скалами и яростным тихоокеанским прибоем. Несколько минут спустя они уже оказались над лагуной Танаки и заливом Монтерей, вдали показались огни Сан-Франциско.

Джонас обеими руками держал бинокль ночного видения, пытаясь приспособиться к болтанке. Масао приобрел новый тепловизор взамен поврежденного, но с учетом того, что мегалодон не показывался уже больше четырех недель, это были последние деньги, выделенные JAMSTEC на экспедицию.

Каждые несколько миль на мониторе тепловизора появлялось яркое цветное пятно: очередное стадо китов двигалось вдоль побережья на юг.

– Мак, что-то не припомню такого количества китов в одном месте. – Джонас попытался завязать разговор.

Мак посмотрел на друга потухшими глазами:

– Мы впустую тратим время. Наша рыбка вполне могла вернуться в Баху или вообще уплыть за миллион миль отсюда.

– Береговая охрана в Бахе развернула активные действия. Если они заметят мега или что-либо, напоминающее его жертву, мы вернемся.

Джонас продолжил сканировать океан. Он знал, что Мак подумывает о том, чтобы уволиться, и, наверное, давным-давно так и сделал бы, если бы не их дружба. Джонас его не осуждал. С деньгами было туго, зарплату постоянно задерживали. Если самка ищет пропитания в этих водах, то в океане наверняка уже плавали бы туши мертвых китов. Однако, за исключением информации о китах, выбросившихся на берег в Бахе, никаких новых сведений пока не поступало.

Мак прав, подумал Джонас. Сколько лет своей жизни я угробил на поиски этого монстра? И что получил взамен? Брак, который распался много лет назад, постоянную борьбу за то, чтобы свести концы с концами…

– Еще киты, – сказал Мак, глядя на монитор тепловизора.

Джонас уставился в монитор. Ему показалось или киты действительно изменили курс?

– Мак, посмотри на стада! Они покидают прибрежные воды и резко меняют направление на западное. А что, если они это делают, чтобы чего-то избежать?

Мак покачал головой:

– Ты хватаешься за соломинку. Ладно, садимся в Сан-Франциско и прямиком обедать в Китайский квартал… Ты угощаешь.

– Мак…

Мак снова посмотрел на тепловизор. Если мег направляется вдоль берега на север, то вполне логично, что киты пытаются избежать встречи.

– О’кей, Джей Ти. Последний раз – и на этом все. – Вертолет лег на крыло, изменив курс.

Фараллоновы острова

Мэгги проверила камеру. У нее еще осталось полно пленки, а вот запаса воздуха – только на двадцать минут. Кабина дрейфовала под тушей горбача, что позволяло сделать красивую картинку. Однако съемками кормления больших белых акул сейчас никого не удивишь. Нет, Мэгги нужно было нечто большее.

Я только зазря трачу пленку, подумала Мэгги. Она повернулась просигналить, чтобы ее поднимали наверх, и в этот момент заметила нечто очень тревожное.

Все три большие белые акулы исчезли.

Бад Харрис отшвырнул шелковые простыни, прикрывавшие его голое тело, и потянулся за бутылкой «Джека Дэниелса». Пусто.

– Проклятье! – Он сел на кровати, голова раскалывалась. Вот уже два дня он не мог избавиться от ноющей головной боли. – Чертов кит! Эта вонь меня убивает! – Бад проковылял в ванную, взял баночку аспирина и попытался отвинтить защищенную от детей крышку.