А вдоль границы между Лунным болотом и Аркадией жаркие споры переросли в настоящую войну, когда принцепс Ульрих из Ловчих Смерти бросил свои машины в атаку на крепость Стрел Смерти, которыми командовал Максен Вледиг.

Захваченные врасплох Стрелы Смерти за первый же час сражения лишились девятнадцати машин и только потом отступили на ледяные просторы Моря Борея, а затем нашли укрытие среди дюн Олимпии. Их призывы о помощи остались без ответа, поскольку огненный шторм войны охватил уже всю Красную планету.

В долине Атабаска, среди каплевидных холмов, образовавшихся во время чудовищного наводнения древних веков, боевые машины Легио Игнатум и Горящих Звезд сошлись в беспощадном бою. Ни одна сторона не могла добиться победы, сражение длилось всю ночь, а под утро оба легиона отошли зализывать раны.

Орды извращенных скитариев и преобразованных в орудия отвратительных сервиторов вырвались из субульев борозд Гиганта и бросились в атаку на кузницу Иплувиена Максимала. Отряды охранников Максимала, ожидавшие нападения, отбили первые волны атакующих, но уже через несколько часов кузница была окружена и с тех пор находилась под постоянным огнем извращенных ординатов и огромных осадных машин, до неузнаваемости измененных в оружейных мастерских генерал-фабрикатора.

Самые большие человеческие потери произошли в районе озера Йемен, когда ледниковые кузницы адепта Руана Вильнара подверглись удару взрывающихся в воздухе ракет, начиненных мутировавшим штаммом «Пожирателя жизни». Ненасытный вирус перескакивал от одной жертвы к другой, распространяясь во всех направлениях, и уже в первые минуты после взрыва в результате прямого контакта уничтожил десятки тысяч людей. За три следующих часа вирус так размножился в воздухе, что истребил миллионное население, проживавшее в районе столовых гор Дейтеронил, и, благодаря чудовищной варп-мутации, распространился по тактильным сетям, заражая даже тех, кто чувствовал себя в безопасности за герметичными барьерами. Семь часов спустя, к тому моменту, когда злосчастный вирус пожрал самого себя, в окрестностях озера Йемен не осталось ни одной живой души, и разлагающиеся останки четырнадцати миллионов тел замерзли там, где упали.

В глубоком кратере Гершеля, что в Тирренском море, в кровавой беспорядочной стычке сошлись девятьсот тысяч скитариев и протекторов, и сражение продолжалось девять часов без перерыва, пока не погибли почти все его участники. В этом бою не было ни победителя, ни определенной цели, но обе группировки истощали свои силы в бессмысленной кровавой мясорубке, не решаясь отступить.

И сражения возникали не только на поверхности Марса. Железное Кольцо — гигантские верфи, опоясывающие Красную планету мерцающим серебряным венцом, — покрылось цепочкой взрывов из-за внезапно вспыхнувших боев. Приверженцы Трона и те, кто присягнул Олимпу и Хорусу Луперкалю, сражались между собой с яростью безумных фанатиков. Корабли линейного флота Солар покинули гавань, а суда Механикум обстреливали друг друга из всех орудий, не думая ни о тактике, ни о выживании.

Из пробоин в корпусах вырывались облака газов, сыпались тела, обломки кораблей огненными стрелами пронзали атмосферу. Объятый пламенем «Механикум Глориам», лишившийся двигателей в бою против нескольких фрегатов, преодолел плотные слои атмосферы и понесся к поверхности Марса.

Наблюдавшие за его падением технотеологи, собравшиеся в базилике Благословенного Алгоритма в столовых горах Кидонии, сочли это за проявление гнева Бога Машин и с поднятыми механодендритами и манипуляторами стали молиться об умиротворении. Призыв покончить с жестокостью и вернуться к спокойствию, транслируемый каждым каналом связи, прокатился по всему Марсу.

Но рухнувший на базилику «Механикум Глориам» прервал передачу, в одно мгновение уничтожив огромный комплекс храмов, часовен и гробниц.