|
Золото с платиной-то подчистую выгребли. И вообще, что это за разговоры — у нас, у вас? — Такие, — она подбросила свой кристалл, — вообще под ногами валяются… Под ногами, не под ногами — учет тоже до бисеринки. — Но не о том речь — взять взяла, а вынести не удалось. Это мне-то! Пришлось выкупать. Конечно, рудниковые ищейки его за версту чуют — они и жилы разведывают, и оборот контролируют. Профессионалы. Да и не утаишь такую энергетику. — У каждого из ваших узкая специализация без привязки к концепциям и доктринам. Сами как самородки. Иногда смотрю — смех берет, кустарщина, однако то там проколюсь по мелочи, то здесь. Дай вам заемные силы… Вик покачал головой — проняло девчонку, допекла суровая действительность. Ангелочек тем временем протянула шарф. — Это мне насовсем? — уточнил Вик. Хотя мог и сам догадаться, что после него она даже портупею носить не будет. И нечего так смотреть. — Нож можно? Протянула широкий охотничий нож с серебряной чеканкой на лезвии. — Спасибо. Вик одним движением располосовал шарф на две половины, снял задубевшие ботинки и свернул нечто вроде портянок — тепло и сухо. Заработал еще один полный презрения взгляд. Это ничего, что спина открыта всем ветрам, — главное, ногам комфортно. Ткань любопытная — гладкая, словно шелк, но мягкая и толстая, как шерсть. Девушка осмотрелась по сторонам, ориентируясь на местности. Чего там ориентироваться — справа аккуратным покатым конусом упирается в небо гора Неройка. Это правда — рыть невозможно, только кайлом долбить. На самом деле «Неройка» на местном наречии что-то вроде «Старый хранитель гор». Ее недра кротовьими норами буравят многочисленные туннели — недавнее пристанище Вика, рудник Додо. Отчего так прозвали, Старьевщик не знал — говорили, издревле повелось. Вик в принципе эти места знал — Хозяин вывел своих гостей в стороне от речки Шайтанки, над правым берегом которой серпантином вьется дорога к руднику. Если по уму, то идти им сейчас до базы Неройка. Оттуда формируются караваны в Ханство, хорошо охраняемые янычарами, богатые кварцами, проходящие через укрепленные узловые точки Саранпауль и Сосьва. А оттуда добротная, наезженная дорога до крепости Березово — северо-западного форпоста каганата Югра. Там уже земли хоть и пустынные, но полностью подконтрольные Хану. Разбойники почти не шалят, и действенная система коммуникаций. В любую точку империи проход открыт — только ментовки на пикетах предъявляй. Механист знал и другое — ни один сканер его там не пропустит, а значит, маршрут тупиковый. — Не знаю, — протянула девушка в ответ на вопрос «А куда вообще путь держим?», — надо обдумать. Я некоторые надежды на встречу с тобой возлагала. Тогда бы сразу туда. — Она кивнула головой на запад, в сторону пересекающего материк с севера на юг, тянущегося вдоль линии горизонта горного хребта. Через цепь невысоких вершин и перевалов — на ту сторону. Официально считалось, что за Каменным поясом цивилизованной жизни нет. Вик совершал вылазки в те края, только южнее, далеко на север не забирался. Жизнь там была иногда необычная, а иногда вполне нормальная — где как. Чем глубже на запад, правда, тем опаснее из-за диких законов и суровых нравов. Действительно — по пути. Это если бы Вик был тем, кто ей нужен. А иначе? Ему по здравом размышлении лучше всего податься вдоль гор на юг. Со скоростью, опережающей наступающие на пятки морозы. Маршрут он более-менее представлял — если четко держаться направления, через три-четыре недели смог бы добрести до маленького полузабытого городка, приютившегося у подножия гор. Называется Качканар. Примечательно в нем то, что оттуда начинаются все ходки через Каменный пояс, но не это главное. |
