– Но вы распорядитесь, чтобы вам прислали ваши вещи?

– У меня нет никаких вещей.

– Платьице на вас очень миленькое. Но ведь вам понадобятся и другие вещи, разве не так?

– Может быть, я смогу кое-что купить.

– А-а, понятно… Это потрясение, которое вам пришлось пережить… Поссорились с родными? Я вообще-то не вмешиваюсь в чужие дела. Мистер Чэб, бывало, говорил: «Элис, дорогая, ты одна из немногих женщин, которые не суют нос в чужие дела». Он был остер на язык и любил пошутить. Я спросила на тот случай, если вдруг кто-нибудь к вам придет, только для этого, мисс.

– Не думаю, что ко мне кто-нибудь придет.

– Вы совсем одиноки?

– Да. Вы… вы говорите, что были в услужении?

Миссис Чэб широко улыбалась. Вот оно – откровенность за откровенность. Сочувствие оказывает на сдержанного человека такое же действие, как горячая вода на бутылку, у которой никак не открывается пробка.

– Я работала старшей горничной, а мистер Чэб начинал с посыльного, потом стал лакеем, а там дослужился и до дворецкого. Такой уж это был человек.

– Как вы думаете, смогла бы я служить горничной или стать компаньонкой?

– Без сомнения, мисс. Вы, верно, иностранка… это очень ценится в горничных. Вы умеете завивать волосы, ну, делать всякие такие вещи?.. Я помню, на последнем месте, где мы служили, была горничная-иностранка. Ею очень там дорожили.

– Дело в том, что мне придется зарабатывать на жизнь, – поведала Мелисанда.

Миссис Чэб кивнула. Если девушка станет горничной, комната ей не понадобится, верно? Значит, она ее сняла только на время, пока не найдет себе место. Миссис Чэб была разочарована, но только слегка, ибо новые впечатления она ценила ничуть не меньше, чем постояльцев; а благодаря мистеру Чэбу могла прожить, и не сдавая никому свою верхнюю комнату. Кроме того, что-то подсказывало ей, что эта молодая особа ей понравится, а против инстинкта идти никогда не следует.

– Вам уже приходилось где-нибудь работать? Взять на службу всегда предпочитают человека опытного.

– Я была компаньонкой у одной дамы.

– У вас потребуют рекомендации с последнего места службы.

Девушка побледнела. «О Господи, – подумала миссис Чэб, – что-то у нее такое было».

Усомнилась она, однако, всего на мгновение. Нет, с ней все в порядке. Миссис Чэб отбросила всякие подозрения. «Девушке с таким лицом я бы поверила без оглядки. Очевидно, тут замешан какой-нибудь негодяй, человек, лишенный рыцарских качеств и нисколько не похожий на мистера Чэба. Он, верно, досаждает ее своим вниманием. Этим все объясняется. Оттого-то она и вынуждена была бежать».

– Или, может быть, у вас найдутся знакомые, которые готовы вас порекомендовать.

– Я… я понимаю. Скажите, пожалуйста, а с чего нужно начинать, чтобы найти подходящее место?

– Вот, значит, что вы собираетесь делать…

«Ну что же, – сказала она себе, – я люблю честность. Многие на ее месте стали бы делать вид, что собираются поселиться навсегда. А инстинкт меня не обманул – девушка честная».

– Да… Я бы хотела… Я должна… И сразу же, не откладывая.

– Ну что же, иногда помещают объявление в газетах… а иногда другие слуги рекомендуют своих знакомых… или дамы разговаривают между собой и рекомендуют служанку. По-разному бывает.

– Мне придется искать объявления в газетах.

Миссис Чэб приняла решение:

– Лучше обратиться к нашей Эллен.

– Кто это такая?

– Эллен, наша с мистером Чэбом дочь.