Зверев скривил лицо, его правая щека дернулась.

– Ладно, я тебя понял, раз уж такое дело… Если гора не идет к Магомету… Будь у себя, я сам к тебе сейчас подъеду.

– Подъезжай, только не гарантирую, что ты меня застанешь! В любое время могут позвонить, и придется сорваться… Кстати, где Елизаров, он почему-то сегодня на работу не явился? Где он? Ты не в курсе?

– В курсе! Выполняет мое поручение. Я его в Ессентуках оставил, – уже более спокойным тоном ответил Зверев.

– Что?!! – Звереву показалось, что он даже через трубку услышал, как скрипят зубы его возбужденного донельзя собеседника. Видя, что сидевшая напротив майора женщина смотрит на него, не отрывая глаз, Зверев проскрежетал:

– Не совсем удобно говорить…

– Что? Где Елизаров, он нужен мне позарез, мне тут столько задач навешали, а ты моего помощника…

– Я перезвоню!!! – Зверев положил трубку.

* * *

Когда спустя примерно полчаса Зверев вошел в кабинет Зубкова, капитан сидел за своим столом, ворошил какие-то бумаги и жевал зубами давным-давно потухшую папиросу. Изъеденное оспинами и обычно красноватое лицо Зубкова на этот раз было бледным, глаза впали, рот от напряжения был приоткрыт. Увидев гостя, капитан выругался и, словно только сейчас вспомнив про измусоленную папиросу, выплюнул ее в стоящую рядом со столом мусорную корзину.

– Явился, касатик! Ну, заходи-заходи. Не скажу, что рад тебя видеть, но раз уж пришел, то отвечай, какого лешего мой Елизаров в Ессентуках делает? Кто тебе позволил распоряжаться моими людьми и давать им поручения без моего ведома?

Проигнорировав хамскую выходку хозяина кабинета, Зверев спокойно уселся на диванчик, поерзал на нем и оскалился:

– Шикарный диван! У моего псковского начальника в кабинете почти такой же! Я на нем почти всегда сижу, когда он свои совещания проводит.

– Да плевать я хотел на твоего начальника и его диваны! – заорал Зубков и снова ругнулся. – Где Елизаров? Чего ты там надумал? Почему его нет на месте?

Зверев развалился на диване, вынул из кармана коробок со спичками, достал одну и стал чистить ею ногти. Зубков тут же утратил прежнюю бледность и побагровел:

– Ты не ответил на мой вопрос…

– Отвечу, когда перестанешь орать!

– Не перестану!

– Тогда ищи своего Елизарова сам…

– Где я его найду?

– Там, где я его оставил.

– Да как ты… – Зубков вдруг резко поник, похлопал себя по карманам, достал из кармана «Казбек» и трясущимися руками раскурил очередную папиросу.

Зверев, не скрывая торжества, усмехнулся:

– Если тебе нужен Елизаров, ты должен прислать к нему кого-нибудь из своих ребят, кто его заменит.

– Прислать? Заменит?.. Не понимаю.

– Елизаров в соответствии с моим распоряжением охраняет потенциального свидетеля.

– Чего? Какого еще свидетеля?

– Жизни которого, по моим соображениям, угрожает опасность.

Зубков схватился за виски, едва не подпалил волосы папиросой, которую он в это время держал в руке, и снова выругался.

– Соображениям? Ну-ну… Ладно! Рассказывай, чего вы там накопали.