Дина, Дина, любовь моя… Зачем ты все это делаешь?! Дина без руля и без ветрил… Связаться с этим типом!.. Я опять посмотрел на бородача. Какая же пошлая рожа у этого Нибелунга!..

Вскрыв конверт, я обнаружил в нем аккуратно сложенный носовой платок. Развернул и в уголке увидел знакомую монограмму. Серебряная нитка на белом фоне. АВЭ. Александр Вильгельмович Энгельгардт.

Вспомнились Венеция и почудившаяся мне, как я тогда подумал, истерика Дины. Значит, не почудилась… И Дина действительно вытирала тогда слезы платком Алекса…

В конверте кроме платка больше ничего не было. Узнаю Дину. Вечно она со своими причудами…

— Спасибо, — сказал я и не узнал собственного голоса. — Как она… там?.. — обратился я к бородачу.

— Поет… — покосившись в мою сторону, ответил гигант.

— И хорошо поет?

— Восхитительно! Она… — викинг засуетился и полез в карман. Он достал малюсенькую шпаргалку и по ней, запинаясь, принялся читать:

— Вокальный, контральто, трели… э-э… бельканто…

— Простите мне мою бестактность, — перебил я его, — но мне хотелось бы знать… В каких вы отношениях с… Диной?

Гигант насупился и с достоинством отчеканил:

— Нас связывают…

— Ни слова больше!..

— Нас связывают только…

— Я же просил… Лучше скажите, кто такой Исфаил Бак?

— Вот по этому поводу мы к вам и приехали, — оживилась Марго. — Как бы вам это сказать… Бак — не человек…

— А кто же он?

— Ну, есть Бог… Есть Дьявол…

— Вы уверены?

— Конечно! А вы разве нет?

— Не знаю…

— А я знаю! Есть Бог! Есть Дьявол! И есть Бак. Его придумали… Его вывели, как новый сорт кукурузы или тыквы… И он теперь действительно существует.

— Вы его видели?

— Я нет. А вот мой батюшка…

— Ах, вот как, ваш батюшка?..

— Да! Он с ним разговаривает! Каждую ночь!

— И что же они обсуждают?

— Исфаил Бак дает отцу уроки…

— Хорошего тона?..

— Можно сказать и так… Он учит его, как надо править миром.

— Сумасшествие какое-то…

— Да, править миром… И отец, по мнению Бака, оказался способным учеником…

— Но о мнении этого легендарно-мифического Бака вы ведь знаете лишь со слов отца, не правда ли? Так, может, Исфаил Бак лишь плод больной фантазии вашего сумасбродного папаши, и он существует только в его расшатавшемся за годы лихолетья воображении?

— Нет, — вздохнула Марго, — к сожалению, это не так…

— Но вы же сами говорите, что не видели его…

— Да, но… Я видела следы его пребывания! Он оставляет следы.