«Демон?»

«Нет, человек…»

«Не просто человек. Чувствуешь это? Не просто…»

Если бы можно было испугаться, я бы испугался. Ощущение было такое, будто врачи собрались над столом, удивленно читают результаты анализов, и обсуждают, сколько мне осталось и почему я еще не сдох..

«Марк!»

О, этот дивный голос. Халиэль, Огненная Плеть. Я улыбнулся, потянулся к ней. Я все знаю, старейшина Хорм рассказал мне о тебе, тринадцатом страже.

«Марк, ты не видишь? В тебе же…»

Но ее голос потонул в резонирующем гуле. Моя душа задрожала. Абсолют шел за мной, его силу ни с чем нельзя было спутать. Свет его величия приближался.

Но Абсолют не успел…

Что-то схватило меня за самое сердце когтистыми лапами, рвануло за душу, будто рыбацким крючком подцепило. Когти тянули струны души, едва ли не с мясом вырывая клочья, заставлили двигаться. И я повиновался.

Меня резко выдернуло из Чистилища и понесло в бездну с нарастающей скоростью.

«Поднебышек, куда собрался?»

Это говорил Белиар, тот самый демон. Я помнил его имя. Но что он здесь делает?!?

«У меня на тебя свои планы!»

Я чуял, что это неправильно, но ничего не мог сделать…

— Мне бы отлежаться, — прозвучал знакомый голос, — Я же вижу варианты, и повернулся на палец левее…

Мои глаза были закрыты, я не чуял тела, но мог слышать.

Говорил Фолки, это его голос. Живой все-таки, хитрец. В который раз он не дает себя убить. Его вообще можно убить?

— Когда-нибудь вариантов не останется, — ответил второй голос. Говорила женщина, и что странно, она тоже была мне знакома.

— Прости, госпожа… не знаю твоего имени. В прошлый раз не познакомились.

— А надо было?

— Ну, судьба свела дважды…

— Я седьмой хвост Кицунэ, зверь.

Слова о седьмом хвосте удивили меня. В принципе, я уже знал, что это значит, но все равно едва верилось в это. При том, что вожак Серых сам только шестой коготь…

И имя такое странное… Кицунэ. Я уже достаточно здесь пожил, чтобы понять — для этих краев оно звучало странно.

Фолки подтвердил мои мысли:

— Правду говорят, до войны на востоке жили чудесные стаи с прекрасными именами…

— Все сказал, зверь?

— Я Фолки, третий коготь…

— Просто отлично.

Голова раскалывалась так, будто я вчера перебрал, причем сразу всего спиртного, что придумало человечество. Это было похмелье, из которого не возвращаются. Мысли трещали в голове новогодними хлопушками, но даже простонать или сморщиться от боли я не мог. Тело не слушалось, будто не моим было.

Я лежал с закрытыми глазами, и так и не мог открыть их. Я уставился застывшими зрачками на красные веки, сквозь которые пробивался свет, и рассматривал прожилки капилляров.

Фолки снова заговорил:

— За нами была погоня, но один побежал за помощью…

— Он внизу с отрубленной головой. Но скоро сюда все равно придут. Вольфградский оракул не будет размениваться по мелочам.

— У думал, все это происки Грэя…

— Ты самый хитрожопый зверь из всех, что я встречала, — ответила Кицунэ, — Я на тебя весь порошок тамуса истратила.

Тут я вспомнил, где уже слышал ее. В лесу, когда напали Безликие. Фолки потом сказал, что это Лисица.

Мысли работали довольно четко. Получается, эти Лисицы — стаи с востока. И сейчас их там нет, потому что все уничтожила война.

— Не дергайся ты, зверь, — раздраженно проворчала Лисица.