Хильда стояла у калитки и нервно озиралась — ей не нравилось такое открытое место, а после ночного нападения она стала беспокойной.

— Спика, значит, — радостно сказал маг, — Рад видеть, примал, наслышан о тебе.

— Здравствуйте, мастер четвертый коготь.

— Не надо этого, — он обошел вокруг меня, заложив руки за спину, — Лучше господин учитель.

— А можно просто «мастер»? — вырвалось у меня.

Хильда округлила глаза, а Скойл, на миг удивившись, вдруг засмеялся:

— Ну, пусть будет мастер, — он переглянулся с Волчицей, — Дерзкий. Не ломай его, он тебе принесет победу.

Хильда вдруг захохотала, да так, что Скойл переглянулся уже со мной — мол, все ли в порядке с моей хозяйкой.

— Мастер Скойл, я его ломала, как могла, вот не насиловала только! — она утирала слезы от хохота, — Но это упертый баран!

— Хильда сказала мне, учить тебя так, будто ты ребенок, — задумчиво сказал Скойл.

Мы стояли с ним на личном ристалище Лунного Света. Так назвала это место Хильда, когда мы шли сюда. По сути, это небольшой укрепленный форт в стенах города, совсем недалеко от дома Скойла. И это неудивительно, наставнику было удобно жить рядом.

Обширная тренировочная площадка, огороженная высоким частоколом из бревен. Несколько деревянных сараев, большой навес с одной стороны, стойки с деревянным оружием по периметру.

Насколько я понял, каждый клан имел в городе такую площадку. И, судя по разнообразию оружия, тут тренировались не только первушники. Впрочем, следующая фраза Скойла все прояснила:

— Нам надо успеть до того, как придут тренироваться звери, — сказал маг, — Хакон строго следит, чтобы все воины справляли ежедневное правило. Кто не совершенствуется, от его меры мало толку.

Я вздохнул. Все ясно, присутствие первушников тут не особо поощряется, хоть ты десять раз примал. Но упоминание о важности навыков в который раз подтвердило — высокая мера еще ничего не значит.

— Мастер, — осторожно начал я спрашивать, решив прощупать, сколько мне дозволено.

— Да, Спика?

— Если Хильда сказала, тренировать, как ребенка, могу ли я задавать детские вопросы?

— Хм, — брови Скойла подпрыгнули, — Ну, давай, попробуй. Но много разговаривать не будем, времени нету.

Тогда я осторожно перешел к волнующему меня вопросу.

— Вот есть третья мера, — сказал я.

— Да, — мастер Скойл чуть понизил голос, — Человек.

— Зверь седьмой ступени сможет победить его?

Наставник нахмурил брови и сказал:

— Если бы это спросил любой другой первушник… Такие вопросы задавать нельзя… — он на всякий случай оглянулся, — Спика, зверь даже помыслить не может, чтобы напасть на человека! Наказание — смерть.

Я быстро кивнул, показывая, что все уяснил. У зверей в Инфериоре, оказывается, тоже незавидная ситуация. И выполняют же законы, не глядя на то, что третья мера далеко.

Но, с другой стороны, если есть запрет, значит, есть и страх. Чего же боится этот сверхсильный человек, раз закрылся законами? «Супермен», как сказал мастер Женя.

Я был нулем, но убил нескольких зверей, пусть мне и повезло. Небо не покарало, а звери, чтобы наказать, так и не поймали.

— Но я одно скажу, — еще сильнее понизив голос, продолжил наставник, — Если бы не сильверит, этот дар богов…

Но тут он замолчал, а потом, посмотрев на небо, приложил два пальца ко лбу.