Лора сделала беспомощный жест руками:

— Вы должны знать, что он чувствует — э-э к этому дому. Он никогда, я уверена, не согласился бы прийти сюда.

— Я ценю вашу деликатность, но незачем путать слова. — Морган криво усмехнулась. — Он избегает меня. Однако, вы уже, должно быть, знаете, что из Уэйда ничего не стоит вить веревки. Если постараетесь, вы сможете сделать так, что он придет сюда. Не ради меня. Но для того, чтобы встретиться с Мюрреем Норвудом. После того, как Мюррей поговорит с ним, я не сомневаюсь, что Уэйд будет с нами. Тогда он сможет использовать свое влияние и привлечь на нашу сторону других.

Лора покачала головой:

— Я не хочу вить веревки из Уэйда и не хочу, чтобы кто-либо делал это. Я хочу, чтобы он сам решал за себя и делал то, что он считает правильным.

Морган терпеливо кивнула.

— Вы честны, моя дорогая, но также и очень молоды. Есть вещи, с которыми рано или поздно вам придется столкнуться. Поверьте мне — я знаю Уэйда всю жизнь, и я знаю, что он всегда будет нуждаться в более сильной руке, которая направит его.

Лора беспокойно шевельнулась в кресле. В последнее время были моменты, когда она сама думала почти так же. Но в рождественское утро Уэйд противостоял своей матери в истории со щенком. Никто не заставлял его. Никто не управлял им. Наоборот, наибольшее давление было в противоположном направлении, однако он до сих пор не сдался. Значит, в нем есть собственный стержень. Он даже признался, что борется за то, чтобы сохранить что-то свое в недосягаемости от матери.

— Я думаю, что, вполне возможно, вы недооцениваете моего мужа, — твердо сказала она Морган.

На миг глаза Морган зажглись гневом, и хотя она быстро погасила его, в смехе ее звучало легкое раздражение.

— Вы молодая влюбленная жена, — сказала она. — Я приношу извинения. Вы должны научиться сами понимать Уэйда, конечно. Я не имела права говорить так. Предположим, мы начнем сначала. Остаются два чрезвычайно важных факта. Я полагаю, вы искренни в желании помочь делу прекращения этой войны. Я также полагаю, что вы искренни и в желании помочь вашему мужу оправиться от потрясения, которое все еще его терзает. Откровенно говоря — от шока после смерти моей сестры. Я права?

— Конечно, — сказала Лора.

— Очень хорошо. Помогите ему найти дело, которому он может отдаться — сделать что-то важное. В этом — путь к выздоровлению. Вам нужно только убедить его встретиться с Мюрреем Норвудом.

Ребекка тихо вернулась в комнату со свежим кипятком для чая и новыми пирожными. Морган нетерпеливо отмахнулась от нее и ждала, когда гостья заговорит.

В словах Морган был смысл. Лоре пришлось признать это. Она была права относительно Уэйда, и совет ее был хорош. Однако Лора чувствовала, что не может судить, насколько достойно дело, бороться за которое она предлагает. Слово «медноголовый» попахивало изменой, как сказал один человек на балу Серины, и она ничего не знала о так называемом Круге.

— Я просто не знаю, — наконец сказала она. — Возможно, если речь идет только о том, чтобы встретиться с мистером Норвудом и поговорить с ним…

— Но мы только об этом и просим, — быстро сказала Морган.

— Встретиться с ним где-нибудь в другом месте, — добавила Лора.

Морган отрицательно покачала головой:

— Я — неотъемлемая часть всего этого. Я нужна Мюррею, ему нужен мой дом и все, чем я могу содействовать.