Также в дальнем углу в одиночестве тренировался еще один шаман. Похоже, он пытался развить скорость высвобождения и отзыва фамильяра из резонанса. Туша огромного джузеннийского слизня то появлялась на арене, то исчезала с хлопком. Фамильяр выглядел очень внушительно: по весу превосходил рапторов двух других шаманов вместе взятых, туша прикрыта хитиновыми защитными пластинами, с двух сторон торчат какие-то острые лезвия, а жвала, казалось, способны перекусить небольшой вихрелет. Как я слышал, слизни ценятся из-за своей универсальности. Обычно фамильяры полезны лишь в одной стихии: на земле, в воздухе или в воде. Слизни неплохо себя чувствовали как на поверхности, так и в Океане. Хотя в целом проигрывали питомцам одного направления.

Я прислушался к разговорам вокруг, от которых вставали волосы дыбом. Ругающихся Со-Фай с Лазарисом оставим за скобками. Например, пара чародеев обсуждала новые чуть видоизмененные аурные каналы у одного из них. Речь шла об устье центрального канала над-кластера Средоточия. Ради интереса я сравнил свои оболочки с их, и пришел к выводу, что мне есть к чему стремиться. Чародеи расписывали плюсы и минусы разных типов каналов. У одного ново выстроенные аурные трубки с особым устьем на пятнадцать процентов повысили скорость прохождения маны, однако ци по ним стала высвобождаться вдвое медленнее. Скорость отклика улучшилась до ста пятидесяти наносекунд, по их словам, но общий размер над-кластера требовалось сократить на двадцать процентов, поскольку новое устье оказалось чуть уже. У меня уши в трубочку сворачивались. Я о настолько тонких материях при возвышении никогда не думал. Очевидно, другим эсперам приходится экономить каждую каплю ресурса возвышения, долго обсуждать, планировать, сравнивать с другими одаренными. Они не могут, как я, просто взять и попробовать какое-то новое направление. "Авось что-нибудь, да получится". Нет, без успешного примера перед собой мало кто решится экспериментировать.

Однако зацикленность и фанатичность собравшихся эсперов поражала. Одноклассники в академии старались развиваться, но настолько глубоко и подробно в дебри эфирных оболочек не лезли. Потому что приросты силы и скорости развития слишком незначительные. Проще не заморачиваться, и не тратить по пятнадцать часов в день на изнурительные тренировки и изучение, освободив время для других занятий. Ага, пойди докажи это больным Безумием силы.

- Здарова! Ты ведь Генрих, да? Новенький шаман? – подошли ко мне эсперы с боевыми питомцами.

- Можно просто Энри. Предвосхищая ваш вопрос, мой фамильяр погиб.

- Сочувствую, дружище… Это отстойный отстой. Не хотел бы я потерять Хвостогрыза, - шаман потрепал по холке своего семиярдового раптора, на что тот довольно фыркнул.

- Сколько духом жмешь?

- Жму? Вы полный телекинез имеете в виду?

- Именно!

Признание с Сэнсом прошло не слишком удачно, но я решил попробовать еще раз, и сказал истинную правду:

- Около сотни фунтов.

- Ого! Внушительно! – заявила тин-шаман. – Одиночный жим или парный?

- Что значит парный?

- О, так ты совсем "зеленый", - произнесла тин-эспер. – Если ты нацелен на полноценный полет, то лучше сразу тренировать парный телекинез. В бою полет без возможности атаковать или защищаться мало полезен. Ты должен быть способен одновременно контролировать полет, а также формировать и управлять другими заклинаниями.

- Ясно. Смысл в этом есть, так что воспользуюсь вашим советом, тин. Спасибо, - поблагодарил я.

- А тебе лет-то сколько, Сорберг? – влез в беседу раздраженный Лазарис, явно подуставший от неприятного разговора со своей пассией.

- Тридцать один, - ответил я.